Название: Философия для специалиста - учеб. пособие. (Т.О. Бажутина)

Жанр: Философия

Просмотров: 3461


План

 

Отличительные особенности Восточной философии.

Древняя Индия.

Древний Китай.

 

1. Отличительные особенности Восточной философии. На классическом Востоке слабо проявлялся античный способ производства: дифференциации общества в западно-европейском смысле здесь не было; принадлежность к социальной группе здесь определялась не «мерой общественной (социальной) свободы», т. е. не отношением к средствам производства (владение или невладение имуществом), а кровно-родственными связями (кастовостью в разных формах). «Науками» и «производством» поэтому здесь занимались «все слои» общества. Дифференциации на «собственно науку» и «собственно философию», в силу этих причин, здесь тоже не было. И философия на Востоке существовала в несколько иных формах, чем на Западе. Если на Западе направленность философских интересов определялась «игрой ума», «произвольностью морально-интеллектуального выбора философа», то на Востоке изначально (априорно) направленность философской системы определялась интересами группы (сообщества), к которой принадлежал философ. Именно поэтому связь с аксиологическими (ценностными) основаниями здесь у философии не опосредованная, а прямая. Связь с нравственностью в философии Востока не закамуфлирована «выпячиванием» теории в ущерб нравственно-моральной рефлексии над проблемами Бытия как на Западе, а дается непосредственно, явно, открыто и сознательно.

Философия классического Востока, по сути, сливается с нравственным сознанием (в Китае) и/или с религиозно-мифологическими (в Индии). Философии классического Востока не надо было «учиться» в западно-европейском смысле (т. е. создавать и зубрить логические системы); чтобы стать философом, или придерживаться определенных философских взглядов, на Востоке надо было в первую очередь вести философский образ жизни, а лишь затем – формулировать и осознавать основные правила образа жизни.

2. Философия Индии. Характернейшая черта древнеиндийского общества – распадение его на четыре варны (или касты, как называют их в Европе)

1. Брахманы (белый). 2. Кшатрии (красный). 3. Вайшьи (желтый). 4. Шудры (черный).

Каждая варна – замкнутая группа людей, она занимает строго определенное место в обществе. Варна эндогамна, браки заключаются лишь внутри варны. Принадлежность к варне определяется рождением и наследуется. Члены варны имеют свою традиционную профессию. Умственный труд – монополия высшей варны – жрецов, брахманов. Воинское поприще – варны кшатриев. Земледельческий, торговый, ремесленный – варны вайшьев. Самый низменный труд – членов варны шудр. Первые три шудры были арийскими, они пришли на территорию Индостана в середине 2 тысячелетия до н. э. А четвертая шудра – это коренное население Индостана. Индцы гораздо чернее всех других и их язык принадлежит к совершенно другой группе. Каждая варна имела свой цвет (см. выше). Мужчины первых трех варн проходили обряд посвящения и приобщения к знаниям, а потому назывались «дважды рожденными» и фактически все имели право называться философами, точнее – «предфилософами». Шудрам и женщинам всех варн это приобщение было запрещено, поэтому согласно законам они ничем не отличались от животных.

Первым источником информации о жизни, совместно с археологическими находками, и, соответственно, о философии древнеиндийского общества, является так называемая «ведическая» литература. Веды – это древнейший литературный памятник, который начал складываться в 3 тысячелетии до н. э. Традиционно ведическая литература подразделяется на несколько групп текстов.

1. самхиты (идеологическое основание вед) – это сборники в честь Богов. Их четыре: Ригведа (1028 гимнов, самая древняя часть из которых сложилась стихийно, а остальная часть сочинялась сознательно). Самаведа – древнейшие сборники молитвенных заклинаний; Яджурведа – книга поклонения; Атхарваведа – книга песнопений и магии.

2. Брахманы, содержащие мифологические, ритуальные и иные объяснения к Самхитам.

3. Араньяки, лесные книги для отшельников.

4. Упанишады, основная предфилософия.

Древнеиндийское мировоззрение характеризуется мощным развитием в нем предфилософских форм, т. е. переходных форм от мифологического к философскому мировоззрению. Такая предфилософия зарождается уже в Ригведе, но, разумеется, в ее позднейших частях и достигает своей вершины в Упанишадах.

Упанишады. Буквальный перевод – «сидеть около» (ног учителя). Образуют завершение ведической литературы. Староиндийская традиция насчитывает их в целом 108, но к сегодняшнему дню их известно около 300. В Упанишадах отсутствует целостная система знаний о мире. Здесь можно найти массу разнородных воззрений, причем господствующее место занимает новое истолкование мира. В качестве первоосновы Бытия выступает универсальный принцип – безличное Сущее – Брахман, отождествляемое также с духовной сущностью каждого индивида – Атман. Концепция Брахмы восходит к давним ведическим попыткам найти основу того, что сообщает жертве ее всемогущую силу и, в конечном понятии, представляет универсальный космический принцип. В Упанишадах Брахман является абстрактным принципом, полностью лишенным ритуальных зависимостей и предназначенным для постижения вечной вневременной и надпространственной многоликой Сущности Мира. Понятие «Атман» используется для обозначения индивидуальной духовной сущности души, которая, как уже отмечалось, отождествляется с универсальным принципом мира. (Атман есть Брахман, Брахман есть Атман). Эта констатация идентичности (тождественности) различных форм Бытия, выяснение тождества бытия каждого индивида с универсальной сущностью всего окружающего мира, и является ядром учения Упанишад.

Высшая цель жизни – слияние с Атманом–Брахманом еще при жизни. Освобождение от Сансары (это странствие души по различным телам, не имеющее конца. Сначала такое странствие, переселение души по телам было беспорядочным, потом это было поставлено в зависимость от поведения человека, от его благочестия, от его жертвоприношений Богам, от его следования Дхарме своей варны) и достижение мира Брахмана после смерти (абсолюта). Сансара – переселение души; Дхарма – это первоначально – Бог Закона и Правосудия, затем – сам закон. Каждая варна имела свою Дхарму. Нерадивое исполнение влекло за собой рождение в более низкой варне, а то и в теле животного или растения. Старательное же исполнение Дхармы служило фактором более высокого рождения, условием повышения варны в последующей жизни. Так действует закон возмездия, или карма.

Точное исполнение Дхармы представителем высшей варны, Брахманом, освобождало его душу от дальнейших рождений и, тем самым, от страданий, связанных с пребыванием в телах. Наступала МОКША – освобождение.

Для достижения мира Брахмана было два пути: первый, связанный с отречением от сыновей и богатства, второй – путь Богов, т. е. путь традиционной обрядности, путь предков, путь Сансары и Кармы, путь вечного пребывания в мире страдания.

Практическим следствием подобного философского подхода к Бытию, например в медицине, явилось объяснение здоровья как гармонической взаимосвязи организации всех уровней бытия в жизнедеятельности самого человека: материального, социального, психического и духовного. Кармическая теория наделяет свадхармой (правом на жизнь) любой уровень бытия и ущемление любой формы или уровня нарушает основной принцип «ахимса» – принцип несовершения убийства и уважения ко всему живому. Лечение, таким образом, должно быть направлено на восстановление гармонии и жизнеспособности каждого из уровней существования человека и их взаимодействия.

Буддизм. Он существует и в Индии, и в Китае с IV – V веков до н. э. В настоящее время буддизм – одна из мировых религий, находящихся в одном ряду с христианством и исламом.

Буддизм основывается на легенде о принце Будде. В долине Ганга жило племя шакьев. Правителю предсказали, что его сын Синддхарта Гаутама станет монахом-аскетом, если увидит больного, старого, мертвого человека. Мальчика успешно оберегали от таких «видений», но уже взрослым, уже отцом собственного сына, принц все же узрел ... Это так его ужаснуло, что он бежал из дворца в мир, изучая Веды и жизнь. Однажды он сел под дерево и заявил, что будет сидеть там до тех пор, пока не узнает правды о жизни. Просветление на него в конце концов снизошло. Будда – это значит «просветленный».

Буддой может стать каждый. Буддизм распространен на Востоке и юге Индии, на Цейлоне, в Бирме и Сиаме, другая ветвь – в Тибете,

Китае и Японии.

Буддизм возник как антибрахманское учение. Говорят, что Будда сознательно избегал вопросов о мироздании, о душе и об ее взаимоотношениях с телом. Вопросы о том, вечен или невечен мир; конечен он или бесконечен, тождественна душа с телом или нет; бессмертен ли познавший истину или нет... Он осознавал и эти вопросы, и ответы на них, но, якобы, считал бесполезными. Все внимание основатель буддизма сосредоточил на проблеме страданий, которыми переполнен мир. Если брахманизм говорил, что «благочестие избавляет от страдания», то буддизм утверждает, что «любая жизнь – страдание».

Буддизм выдвигает следующие положения: 1) жизнь исполнена страданий; 2) существует причина возникновения страданий – страсти и желания; 3) имеется возможность избавления от страданий – избавление от желаний; 4) отвергается как жизнь, посвященная удовольствиям чувств, так и путь аскезы и истязания чувств.

Уже сам факт рождения ведет человека к страданиям. Но существует нирвана, или угашение страстей, т. е. состояние полной невозмутимости, достигаемое в себе путем воспитания в себе 8 добродетелей, это так называемый «восьмеричный путь»: 1) праведная вера,

2) праведная решимость, 3) праведная речь, 4) праведное действие,

5) праведное усилие, 6) праведные помыслы, 7) праведное стремление,

8) праведное созерцание.

Этика буддизма базируется не на абстрактных понятиях добра и зла, но определяет конкретные человеческие поступки, является гибкой системой морально-нравственных представлений. Моральными в буддизме принято считать те деяния, которые повышают духовный уровень и приносят радость последователю учения Будды. Аморальным является все, что стоит на пути постижения истины и умаляет радость служения Будде. Например, манипуляции с ножом грабителя и хирурга имеют принципиально разную моральную значимость, потому что моральные нормы истолковываются в контексте конкретных поступков и их мотивации.

И миманса, и веданта, и санкхья, и йога, и иньяя, и вайшешика

также ставят своей целью создать учение об освобождении человека от страданий, хотя и имеют некоторые различия в толковании путей этого освобождения.

3. Древний Китай. Китайская философия создала самобытное представление о человеке и мире как созвучных реальностях.

Начало китайского философского мышления, подобно тому, как это было позже в Древней Греции, уходит своими корнями в мифологическое мышление. Вся природа одушевлена – каждая вещь, место и явление имеют своих демонов. Таким же образом обстоит дело и с умершими. Почитание душ умерших предков привело впоследствии к образованию культа предков и содействовало консервативности мышления в Древнем Китае.

Китайская философия внутренне необычайно стабильна. Эта стабильность основывалась на подчеркивании исключительности китайского способа мышления, на основе которого сформировались чувство превосходства и нетерпимость ко всем другим философским взглядам.

Что же касается социальных (общественных) отношений, то для Китая характерно следующее: а) типичная восточная иерархическая деспотия; б) закона не было, и никто не был защищен от произвола вышестоящего на социальной лестнице. Перед произволом же вана (мелкие царьки, подчиняющиеся единому монарху) были все равны. Следовательно, государственная служба была для всех одинаково

тягостна; в) все отношения между китайцами издавна были подчинены сложному ритуалу; г) светский ритуал взаимоотношений между вышестоящим и нижестоящим на социальной лестнице был тесно связан с религиозным ритуалом отношений живых к умершим, к духам предков, явлений природы, земли, неба; д) так как был развит культ предков, вся жизнь живых проходила как непрестанный отчет перед духами предков; е) воля неба – высшая сила, определяющая все происходящее на земле. Она не ведома людям; древнекитайская предфилософия связана с древними книгами.

Это:

Книга песен Ши-цзин.

Книга истории Шу-цзин.

Книга перемен И-цзин.

Книга обрядов Ли-цзин.

Летопись Чунь-цю.

Эти книги составляли древнейшее «пятикнижье» У-цзин и являлись основой мироздания образованного китайца. В этих книгах отразились предфилософские мировоззренческие взгляды, в которых можно увидеть зародыш философского мировоззрения. Особенно волнует древнего китайца то, с чем он ежечасно сталкивается – проблема зла. Откуда оно? Кто виновник? Бог или человек? И почему зло терпят по большей части невиновные?

Философия в Китае возникла в эпоху, которую историки называют эпохой воюющих государств (1021-404 г. до н. э.). Этот период так же часто называют «золотым веком китайской философии». Действительно, в те времена свободно и творчески существовало шесть основных школ:

школа инь и янь (натурфилософы) ин янь цзя;

школа конфуцианцев, литераторов жу цзя (этика);

школа моистов мо цзя (уделяют внимание обществу);

школа имен мин цзя;

школа закона, легизм фа цзя;

школа пути и силы, даосы дао де цзя, дао цзя (проблемы бытия – небытия, становление единого и многого).

При этом в большинстве школ преобладала практическая философия, связанная с проблемами житейской мудрости, управления. Это почти целиком относится к конфуцианству, моизму, легизму, мировоззренческие основания политико-этических учений которых были или слабы, или заимствованы из других школ, например из даосизма – наиболее философской из шести древнекитайских философий.

Конфуцианство. «Европейцу, видящему, насколько жизнь китайцев пронизана конфуцианством, последнее представляется религией. Но на самом деле конфуцианство является религией не в большей степени, чем платонизм, или аристотелизм. ...Конечно, понятия «философия» и «религия» двусмысленны. Оба они могут иметь у различных народов совершенно различные значения. Говоря о философии или религии, люди могут вкладывать в них самое разнообразное содержание. Я называю философией систематическое и рефлексирующее мышление о жизни», – отмечает один из крупнейших китайских мыслителей XX века Фэнь Ю-Лань, анализируя место философии в китайской цивилизации.

Конфуцианство не религия в общепринятом смысле этого слова, но оно и не философия в «западном» смысле. Главное его отличие от западного типа философствования заключается в том, что традиционная китайская философия не претендует на познание, на «увеличение позитивного знания» (под которым подразумевается увеличение информации о предмете), но озабочена возвышением разума и постижением тех нравственных ценностей, которые «выше нравственных». Лао-цзы

говорил: «Познавать – значит увеличиваться день ото дня, постигать

Дао – значит уменьшаться день ото дня».

Конфуцианство – философия, которая нацелена не на познание, но на возвышение разума. Но конфуцианство не является цельным учением. Отдельные его элементы тесно связаны с развитием древнего средневекового китайского общества, которое оно само помогало образовывать и консервировать, создавая деспотическое централизованное государство. Как определенная теория организации общества, конфуцианство сосредоточивается на этических правилах, социальных нормах и регулировании управления, при формировании которых оно было весьма консервативным. Конфуций сам о себе говорил: «Излагаю старое и не создаю нового».

Характерным для этого учения было также то, что вопросы онтологического характера были в нем второстепенными. Именно поэтому китайскую философию в Европе часто характеризуют как «посюстороннюю». Однако дело обстоит так лишь на первый взгляд. Что касается основной доктрины конфуцианской традиции, то, по мнению уже упоминавшегося Фэнь Ю-Ланя, ее нельзя определить полностью «посюсторонней», равно как и, конечно, целиком «потусторонней». И «посюстороннесть» и «потустороннесть» «контрастируют друг с другом точно так же, как реализм и идеализм. Задача китайской философии – достигнуть синтеза двух антитезисов. Это не значит, что они должны быть устранены. Они по-прежнему наличествуют, но они объединены в синтетическое целое. Как это можно сделать? Вот проблема, которую пытается разрешить китайская философия» .

Конфуций (551–479 до н.э.), его имя – латинизированная версия имени Кун Фу-цзы (учитель Кун). Этот мыслитель считается первым китайским ученым. Мысли Конфуция сохранились в форме его бесед с учениками и в большинстве своем имеют форму апофегм, намеков, примеров или афоризмов:

«Когда стремятся к человечности, но не хотят учиться, то это заблуждение приводит к глупости; когда стремятся проявить свой ум, но не хотят учиться, то это заблуждение приносит вред; когда стремятся к прямоте, но не хотят учиться, то это заблуждение приводит к грубости; когда стремятся быть отважными, но не хотят учиться, то это заблуждение приводит к смуте; когда стремятся к непреклонности, но не хотят учиться, то это заблуждение приводит к безрассудству».

Специфика китайской философской традиции в этом смысле заключается в том, что мыслители в своих текстах стремятся не как западные философы к артикулированности (т. е. логически последовательному анализу значений понятий и формулировке их дефиниций), а к суггестивности (многозначности). «Суггестивность, а не артикулированность является идеалом всего китайского искусства, будь то поэзия, живопись, или что-нибудь еще. В поэзии, например, то, что поэт хочет сообщить, часто является не тем, что прямо сказано, а подразумевается в том, что не сказано. В соответствии с китайской литературной традицией, в хорошей поэзии «количество слов ограниченно, но выражение мысли – безгранично». Так, образованный читатель поэзии читает то, что вне стихотворения, а хороший читатель книг увидит то, что скрыто «между строк». Таков идеал китайского искусства, и он проявляется и в стиле самовыражения китайских философов.

Идеал китайского искусства не лишен философских основ. В главе 26 «Чжуан-цзы» сказано: «Вершей пользуются при ловле рыбы, Поймав рыбу, забывают о верше. Ловушкой пользуются при ловле зайца, Поймав зайца, забывают о ловушке. Словами пользуются для выражения смысла. Постигнув смысл, забывают о словах. Где бы найти мне забывшего про слова человека, чтобы с ним поговорить!». Говорить с тем, кто прекратил думать о словах, не значит говорить с помощью слов. Когда используют слова, именно их суггестивность, а не фиксированные или подразумеваемые значения, обладают истинностью смысла .

Конфуцианство, таким образом, формируется из «интуитивных» (или невербальных) понятий. При этом: 1. Небо для Конфуция – судьба, рок, дао. 2. Разделяя культ предков, Конфуций учил: держаться от духов подальше и ставить живых раньше умерших. 3. В центре внимания Конфуция взаимоотношения между людьми, проблемы воспитания. Идеалы его не в будущем, а в прошлом.

Конфуцианское учение опирается на такие этические понятия как

а) взаимность, б) золотая середина, г) человеколюбие. Соблюдение всех трех этических принципов составляет «правильный путь» или Дао. Например, «взаимность» – это «не делай другим того, чего не желаешь себе»; «золотая середина» – это умение находить середину между несдержанностью и осторожностью; человеколюбие – умение почитать родителей и старших братьев, т. е. умение любить людей.

Социальные отношения в учении конфуцианства параллельны семейным отношениям. Ключ в управлении народом лежит через социальные отношения, которые должны строиться прежде всего посредством личного примера вышестоящих для нижестоящих. Исправное поведение – это поведение с соблюдением порядка и человечности. Таков путь (Дао) образованных, которые обладают нравственной

силой «Дэ», и которым должно быть вверено общество.

Даосизм. Даосизм принципиально отличается от конфуцианства тем, что как философская система основан на личностном постижении, и не имеет социальной составляющей. В центре внимания даосизма стоят природа, космос и человек. Эти начала постигаются не рациональным путем, путем логически последовательных формул, как это делается в конфуцианстве, а с помощью прямого понятийного проникновения в природу существования.

Главное в даосизме – учение о Дао, т. е. пути постижения природы, ее законов. Дао выступает как первопричина и источник творения мира, причем все вещи, рожденные Дао, содержат инь и янь, которые взаимодействуют в непрекращающемся потоке ци (энергии). Дао невозможно постичь интеллектуально, а лишь чувственно. Дао не просто вселенский принцип, но это текучее, изменчивое начало. Другими словами, с точки зрения даосизма в мире самое постоянное, самое нормальное, – это перемены.

Даосизм призывает человека избавляться от всего рационального, в первую очередь – от социальных норм, запретов и предубеждений, и возвращаться к Дао, естественной гармонии природы. Попытки воспринимать жизнь как нескончаемый поток удовольствий (солнечного света) с позиций даосизма заранее обречены на провал; точно также бесперспективны попытки стать стопроцентной женщиной или стопроцентным мужчиной, Именно эта мысль представляет базовую концепцию даосизма: приверженность к сбалансированному подходу к жизни и всем ее проявлениям и необходимость корректировки в случае нарушения равновесия. Даосская картина мира выглядит следующим образом:

[

Небытие первично. Это и есть «дао», не имеющее имени. Оно не имеет имени потому, что назвав его, мы тем самым превращаем его в Бытие. О Небытии можно говорить только отрицательно. Небытие порождает бытие. Бытие – «дао», имеющее имя, физическим аналогом которого являются небо и земля. Имея своей глубочайшей субстанцией небытие, все вещи, несмотря на то, что они опираются на бытие, непрочны; они постоянно уходят в небытие, в котором и обретают свой покой. Это движение – возвращение в Небытие – и есть самое постоянное в мире вещей. Согласно даосизму, все в мире находится в постоянном пути, в движении и изменении, все непостоянно и конечно благодаря принципам Инь и Янь, находящимся в круговороте Ци. Дао (пути) внутренне присуще собственное «Я», творческая сила «Дэ»,

через которую Дао проявляется в вещах при воздействии инь и янь.

Понимание дэ как индивидуальной конкретизации вещей, для которых человек ищет имена, радикально отличается от конфуцианского понимания Дэ как нравственной силы человека. Даосизм отвергает необходимость усилий не только индивида, но и общества. Главная задача человека – соблюдение меры вещей. Не-делание или, скорее, созерцательная деятельность, является не поощрением деструктивной пассивности, но объяснением сообщества человека и мира на единой основе, которой является Дао.

Мудрец – это тот, кто умеет «отходить в сторону» и созерцать, пытаясь постигнуть Дао. Постижение всегда связано с тишиной, а шум – удел мира. Совершенномудрый может следовать непосредственно Дао, но это следование, это делание – без борьбы, это активность сострадания, бережливости и смирения. Совершенномудрый воздает добром за зло, потому что добро тихо, а зло – шумно.

Следует отметить при этом, что характерной чертой китайского национального мышления является способность исповедовать одновременно и конфуцианство, и даосизм, и буддизм, и, главное, применять эти учения на практике в зависимости от жизненной ситуации. В рамках личной жизни китаец исповедует даосизм, когда дело касается общественных норм поведения – он становится конфуцианцем, а столкнувшись с неприятностями и невзгодами – обращается к буддизму махаяны.

В целом восточная философия не дифференцирует себя от окружающего мира, а лишь акцентирует некоторые моменты мира как особо значимые. Восточная философия не разделяет теорию и практику. Философия и образ жизни оказываются тождественными. Восточная философия созерцательна и чутко реагирует на малейшие изменения в окружающем мире, формируя достаточно жесткую теоретическую конструкцию картины мира, способную показать устойчивость в изменчивом Бытии. Разные философские системы Востока различаются лишь акцентированием различных сторон изменчивого мира. В силу слабой дифференцированности структуры картины мира, даже небольшие различия в акцентах полностью меняют всю систему мировоззрения, но не перекрывают возможности совмещения различных философских систем в индивидуальном или групповом мировоззрении.