Название: Философия для специалиста - учеб. пособие. (Т.О. Бажутина)

Жанр: Философия

Просмотров: 3614


План

 

Типы социальной динамики.

История как социокультурный процесс.

Культура в исторической перспективе.

Глобальные проблемы современности.

 

Типы социальной динамики. Общество постоянно изменяется, и его развитие происходит быстрее и интенсивнее, чем изменения окружающей среды. Понятие «социальной динамики» отражает при этом еще одну существенную сторону общественного развития в целом. Общественное развитие имеет определенную направленность, т. е. общество способно изменяться в нескольких направлениях и траекториях. Исследователи выделяют циклический, линейный и спиралевидный типы социальной динамики.

Так, в общественной жизни широко распространены циклические процессы, имеющие собственную логику развития и специфические формы реализации. Они не могут быть сведены к случайным и кратковременным явлениям в поступательном движении общества и к частичным «отклонениям» от магистральной линии развития, как это часто представляется при попытках объяснить прогрессивный характер общественного развития. С.Э. Крапивенский выделяет два класса циклических изменений – системно-функциональный и исторический.

Системно-функциональный цикл отражает социальные изменения, происходящие в рамках конкретной социальной системы, причем каждый конечный результат изменения становится началом новой серии аналогичных изменений, не меняющих радикально исходное качество. Таким образом, конкретная социальная система переживает периоды упадка и подъема, повторение одних и тех же фаз своего функционирования. Примером таких изменений может быть развитие отдельной страны, например, России, которая продолжает функционировать в своем своеобразном качестве, вопреки государственным переворотам, революциям, войнам и другим катаклизмам, с завидным упорством повторяющимся в российской истории.

Исторический цикл является единством процессов генезиса, расцвета и распада социальных систем. В процессе исторического цикла социальная система переживает последовательные периоды своего качественного преобразования, ведущим к существенному изменению исходного качества. Примером может служить история Западной Европы, прошедшая исторический путь от Античности, Средневековья, Возрождения, Нового времени и Новейшей истории; путь, существенно изменивший принципы организации материальной, социальной и духовной жизни западно-европейского населения.

Противопоставление этих двух типов в значительной мере условно, так как в реальности они существуют как взаимодополняющие, но в процессе анализа социальной динамики важно отдавать себе отчет, какой из перечисленных типов актуализирован в соответствии с целями исследования.

Чрезвычайно большое место в исторической действительности занимают линейные процессы. Линейное развитие социальных систем выражается при помощи понятий прогресс и регресс. Они понимаются как разнонаправленные векторы социальных изменений. Прогресс означает фиксацию последовательности социальных инноваций, обогащающих культуру социальной системы и делающих ее более совершенной, разнообразной и устойчивой в пространстве и времени.

О социальном регрессе речь идет в тех случаях, когда общество или социальная группа по разным причинам отказываются от социальных достижений и возвращаются к использованию устаревших или не оправдавшихся в процессе исторических изменений средств и способов организации социальной жизни. Так, создание системы демократических отношений в обществе является прогрессом по отношению к предшествующим формам автократического государства, а переход от демократии к авторитарным формам правления – регрессом. Линейный регресс заключается не в тотальном отказе от достижений предшествующей фазы общественного развития, а в возврате к отдельным существенным моментам развития предшествующей фазы, которые тормозят или делают невозможным развитие в новой фазе.

2. История как социокультурный процесс. Общенаучный смысл термина история – цепь событий, происходящих с каким-либо объектом во времени. Достаточно часто в общественных науках «историю» отождествляют с «социумом». Иногда говорят о «законах истории», подразумевая под ними законы социума. История тогда понимается как «развитие общества». Прежде всего, история в этом случае включает в себя смену устойчивых структур в духовной и практической деятельности человека.

Но в последнем случае «история» становится как бы дублером «общества». При этом у нас не оказывается подходящего термина для указания на те аспекты в жизни общества, которые не описываются объективными законами социологии и социальной философии. Мы должны понимать, что поведение объектов истории не может быть полностью описано четко сформулированными законами, так что в их поведении «случай», «вероятность» и «свободная воля» играют значительно большую роль, чем в социологии и социальной философии.

Таким образом, объектом истории является как частная, так и общественная жизнь людей, которая проявляется во множестве конкретных взаимосвязанных событий, происшедших в определенное время и в определенном месте. Ключевым в этом определении является слово «конкретность», позволяющее нам отличить собственно историю от «общественного процесса», творимого типологически взятыми субъектами.

Заговорив о «событиях», изучаемых историей, мы сразу же оказываемся перед проблемой: какие события «достойны» того, чтобы историк тратил на них время, т. е. «достойны» считаться «историческими», а какие – нет? Субъективность подобной классификации очевидна. Кроме того, в разные эпохи общественное мнение придерживалось различных точек зрения о том, что считать для истории «важным» и «неважным». Например, так называемая «героическая школа» стремилась свести историю к событиям исключительно государственно-политической жизни, влияющим на само существование государства (войнам и революциям, заговорам и переворотам, законодательству и дипломатии), пренебрегая хозяйственной жизнью, семьей и бытом. Следуя такому подходу, мы теряем слишком много информации, важной для понимания развития общества. Поэтому нам следует признать историю целостным потоком общественных изменений, охватывающим весь спектр человеческого существования, без дифференциации на «важное – неважное», «интересное – неинтересное» и т. д. Тем не менее, во всех событиях, описываемых историей, нам следует видеть некоторое единство, целостный процесс развития и смены взаимосвязанных состояний прошлого в жизни народа, страны, цивилизаций и всего человечества.

Специфика истории как сознательной деятельности людей состоит в том, что она не может быть восстановлена по своим материальным следам, точно так же, как и характер человека не может быть восстановлен по его бренным останкам. «Ископаемая» пушка, увы, ничего не говорит о намерениях и целях человека, стрелявшего из нее. Методологическую позицию историка, которая, исходя из невозможности реконструкции содержания сознания людей минувших эпох, утверждает, что каждый человек безраздельно принадлежит своему времени; а наши попытки понять собственный смысл древних текстов и др. свидетельств на самом деле являются попыткой «напялить» культурные предрассудки нашего времени на далекое прошлое, что утверждает полную непознаваемость прошлого как такового, называют

«презентизмом». Например, религиозность наших современников, «подпорченная» развитием науки, не дает нам достаточного основания для постижения средневековой религиозности. Мы никогда не поймем убеждений и желаний человека того времени. В итоге, с точки зрения презентистов, историк не должен обманывать себя, думая, что он изучает прошлое в некогда присущей ему собственной логике; в действительности он лишь проецирует прошлое на самого себя, высказывает собственное мироощущение и миропонимание «в связи и на фоне» непознаваемой минувшей действительности.

Большинство историков признают презентизм крайностью. «Мостом» между нашем временем и минувшими эпохами может быть то, что остается неизменным во все эпохи. Например, с точки зрения

А. Тойнби, как бы ни разнились между собой «не сводимые» друг к другу культурные представления людей, принадлежащих различным цивилизациям, тем не менее существует как минимум два неизменных на протяжении всей истории фактора: неизменная воля Бога и неизменность человеческих потребностей (и неизменность стремления

человека удовлетворить свои потребности).

Другая существенная проблема в понимании того, что такое история, связана с отличием ее объекта от объекта естественных наук. Историк, в отличие от естествоиспытателя, изучает уникальные события. Повторить историческое событие в принципе невозможно, соответственно, в истории нет экспериментального метода, характерного для естественных наук. Как писал Г. Риккерт вслед за В. Виндельбандом, история относится к так называемым «индивидуализирующим» наукам (т. е. к наукам, объекты которых индивидуальны, не поддаются обобщению), а естественные науки – к «генерализирующим» (т. е. способным к обобщениям, к выявлению универсальных и необходимых законов). Однако это не мешает истории удовлетворять другим критериям научности, характерным для всех наук: непротиворечивости, поиску причин явлений и пр.

3. Культура в исторической перспективе. Как уже было ранее замечено, специфика истории как сознательной деятельности людей состоит в том, что она не может быть восстановлена по своим материальным следам, точно так же как и характер человека не может быть восстановлен по его бренным останкам. Но мы все-таки можем до известной степени восстановить культуру древних обществ. Культура же есть, с одной стороны, результат предшествующей деятельности человека (общества), с другой стороны, она влияет на дальнейшее развитие общества. В этом смысле можно говорить об обществе как о «социокультурном образовании». Значит, анализируя историю общества, мы не можем не учитывать влияния на нее культуры общества. При этом культура общества исторична – она изменяется по мере изменения общества. Однако построение концепции, адекватно отражающей объективные закономерности смены культурных эпох, является чрезвычайно трудным делом. История и культурология сопротивляются «перетаскиванию» их в разряд «генерализирующих» наук.

Одной из наиболее важных проблем культурологии является проблема преемственности в развитии культуры. Подчеркивая момент преемственности, мы не должны также забывать о моменте новации в культуре. Далее, нужно различать преемственность непрерывную и прерывную. Практически непрерывной выглядит преемственность в развитии культуры быта, особенно в так называемых «традиционных обществах». Язык также является примером непрерывной преемственности. Типичным примером перерыва в плавном развитии культуры является западно-европейское Возрождение. Хотя и здесь речь не идет о следовании абсолютно новым культурным образцам – ибо в эпоху Возрождения возрождаются образцы эпохи расцвета греческой и римской цивилизаций.

Следует также различать преемственность непосредственную и опосредованную. Например, в эпоху Возрождения в Италии возрождалось наследие Рима, т. е. культурные образцы непосредственно того же самого региона. Напротив, во время более позднего так называемого «Северного Возрождения», в эпоху Реформации, имел место отклик на изменение в культурной жизни южных соседей, т. е. здесь имела место преемственность в культурном развитии Германии, Швейцарии и пр., опосредованная итальянским Возрождением.

И здесь мы подошли к еще одной важной проблеме – проблеме взаимодействия культур. Взаимодействие культур тоже можно охарактеризовать как преемственность, относящуюся к процессу развития двух или более культур. Например, выясняется, что в истоках такой древней культуры как библейская культура еврейского народа имеется много заимствований из культуры соседних народов – т. е. древнеегипетской, вавилонской, шумерской культур. В свою очередь, библейская культура оказала влияние как на христианскую, так и на мусульманскую культуры. Имело место также и обратное воздействие. Особо очевидно такое обратное воздействие в наши дни.

Однако современное состояние культуры характеризуется многими исследователями как весьма специфическое. Еще О. Шпенглер зафиксировал разрыв между культурой (духовностью) и цивилизацией (интеллектуальностью). По Ч.П. Сноу, имеет место разрыв между гуманитарной культурой и научной культурой, базирующийся исключительно на НТП. Выходит, что старое различие «наук о природе» и «наук о Духе» (Гегель, Дильтей, Виндельбанд, Риккерт) не стерлось с годами, а напротив, стало более явным. Результатом разрыва является образование двух противостоящих друг другу групп людей: к первой группе относятся «гуманитарии», невежественные в естественно-научном отношении, а к другой – нравственно и эстетически необразованные «технари». Вторая группа, разумеется, имеет огромный перевес – как по влиянию на «массовое сознание», так и просто по числу членов. Таковы издержки «узкой специализации» в современном обществе.

4. Глобальные проблемы современности. Очерченный выше «раскол культур», ведущий к так называемой «дегуманизации культуры», является одной из важнейших помех для развития как современных обществ, так и индивидов. Индивиды остро ощущают неполноту своего образования, свою «неполноценность»; нарастает отчуждение от, казалось бы, интеллектуальной деятельности, но, тем не менее, не удовлетворяющей многие потребности человека. Современные специалисты являются все более «узкими», неспособными широко посмотреть на стоящие перед ними проблемы и искать решение их с привлечением наработок из других областей. Для того чтобы исправить создавшееся положение, в настоящее время разрабатывается множество программ в рамках так называемой «гуманизации образования». Однако об успехе здесь говорить еще рано.

К другим глобальным проблемам человечества обычно относятся следующие проблемы: угроза мировой термоядерной войны; нарастающие «ножницы» в уровне экономического и культурного развития наиболее успешных стран и стран «третьего мира»; истощение природных ресурсов; «ножницы» в демографической сфере («взрыв» рождаемости в одних странах и постепенное вымирание населения в других); загрязнение окружающей среды; набирающая темп «вандализация» культуры, замещение культуры так называемой «массовой культурой»; проблемы из области, связанной со здравоохранением: распространение гепатита, СПИДа, алкоголизма, наркомании.

Глобальными проблемами занимались теоретики «третьей волны» или «постиндустриального общества»: Белл, Тоффлер, Маркузе, Гэлбрейт. В 60-е годы в развитых странах впервые количество служащих превысило количество рабочих. В современном обществе стремительно нарастает стоимость информации. Развивается процесс индивидуализации производства (т. е. отказ от крупносерийного производства). Нарастает степень коммуникации между людьми. Увеличивается доля квалифицированного труда, причем высокая квалификация делает служащих все менее легко заменимыми. Уменьшается вклад в ВВП крупных корпораций и увеличивается вклад мелких фирм, т. е. выигрывают в конкурентной борьбе только очень мобильные структуры. Однако никто до сих пор не выработал, на основании вышеизложенных черт современного мира, реальной и имеющей перспективы быть принятой программы выхода человечества из сложившегося кризиса.

Одним из важнейших факторов, продуцирующих глобальные проблемы, является стихийность и неравномерность развития человечества. В этих условиях решающее значение приобретает единое планетарное сознание, которое стихийно формируется на психологическом уровне как первичное отражение новых для человечества характеристик социального бытия, но требует больших усилий для своего становления на более осознанном уровне. Планетарное сознание должно иметь следующие характеристики:

а) признание приоритета общечеловеческих ценностей над более частными (региональными, национальными, классовыми);

б) планетарное сознание вызывает существенную коррекцию в общественном сознании отдельных стран и народов, а также и в индивидуальном сознании. Двигаться здесь следует к тому, к чему призывал двигаться Тейяр де Шарден: к «дифференцированному единству», в котором индивидуальность не теряется и не смешивается, а еще более совершенствуется;

в) планетарное сознание характеризуется высшей степенью «онаученности», что связано с невозможностью решения глобальных проблем просто на уровне «здравого смысла», в обход достижений различных наук.

Будущее человечества всегда было значительной мировоззренческой и методологической проблемой. И теперь, перед лицом опаснейших глобальных проблем, философия может оказать людям незаменимую духовную поддержку, ведь с будущим люди связывают все свои чаяния и надежды.