Название: Православная церковь в русской истории (X-XVII в.) - Материалы к спецкурсу (Т.И. Зайцева)

Жанр: Педагогика

Просмотров: 1463


Москва – «третий рим»

 

Флорентийская уния, падение Византийской империи, обретение Русью политической независимости и как следствие – рождение московского государства в начале XVI в. – все это поставило перед русским сознанием проблему осмысления места русского государства и русского народа во всемирной истории.

Ведь в результате падения Византии Русь оказалась единственным православным государством (если не считать Грузии, которая не играла никакой роли на политической арене), а русский великий князь – единственным независимым монархом. Существенно при этом, что завоевание Константинополя (1453 г.), которое оценивалось на Руси как наказание за отступление от истинной веры в результате заключения унии с католиками, приблизительно совпадает по времени с окончательным свержением на Руси татарского господства (1480 г.). В Москве эти события связываются: в то время как в Византии имеет место торжество ислама над православием, на Руси - обратное явление, что рассматривается как несомненное свидетельство «Божьей благодати».

На эти исторические события наложились явления религиозно-мистического характера – ожидания конца света. В 1492 г. закончилось седьмое тысячелетие от сотворения мира. В соответствии с многими пророчествами начало нового тысячелетия должно было ознаменоваться концом мира. Падение христианской империи как бы подтверждало это предчувствие. Поэтому даже пасхальные службы в русской церкви были расписаны до 1492 г. Прошел 1492 г., пророчества не сбылись и смысл виделся совершенно определенный – сам Господь, покаравший за грехи Византийскую империю, но освободивший Русь и не допустивший погибели мира, избрал ее для осуществления  неких высших, Божественных предначертаний.

В конце XV в. монах псково-печерского монастыря Филофей в своих посланиях Василию III и Ивану IV, размышляя о предназначении Руси, развивает знаменитую теорию о Москве, как «третьем Риме». В его изложении история выступает как процесс смены трех мировых царств: «Два Рима пали, третий стоит, а четвертому не бывать». Первые два Рима – собственно Рим и Константинополь – погибли за измену их православию. Теперь их место заняла Русь, поскольку осталась единственным государством, сохранившим в чистоте православную веру.

Таким образом, мировой православный центр перемещается в столицу Московского государства, молодое единое государство воспринимается как последний оплот православной веры. Если же и Москва впадет в грехи, ей «не последует четвертый Рим» - просто потому, что нигде в мире нет более православного государства, следовательно, этого нельзя допустить. Таким образом, на Русь возлагается величайшая историческая ответственность за дальнейшее существование мира. Особая миссия Руси – быть хранительницей истины Христовой в чистоте. Соответственно на русского государя возлагается священная миссия защитника и блюстителя православного христианства.

Итак, Русь занимает место Византии, а русский великий

князь – место византийского василевса (императора).

Именно с теорией «Москва – Третий Рим» связано усвоение московскими великими князьями титула царь. Согласно византийской теории «гармонии» церкви и государства христианское общество нуждалось в двух главах – царе и патриархе. Таким образом, великий князь московский как единственный независимый православный правитель не только имел право, но и обязан был принять титул царя, если он не хотел оставить православное общество без защитника.

До этого на Руси царями называли византийских императоров и монгольских ханов. Начиная с Василия II, русские государи более или менее последовательно именуются царями. В предисловии к новой пасхалии митрополит Зосима сравнивает Ивана III с новым Константином, а Москву называет новым Константиновым градом. Впрочем, еще осенью 1480 г. ростовский архиепископ Вассиан, укрепляя дух противостояния Ивана III хану, обращался к нему так: «великий христианский царь русских стран». Характерно, что Иван III решительно отверг королевский титул, предложенный ему папой в «обмен» на принятие католичества, отвечая «Мы божьей милостью государи на своей земли изначала от Бога».

В 1547 г. Иван IV принимает этот титул официально посредством новой процедуры – «венчания на царство». Четырнадцатью годами позже константинопольский патриарх признал титул Ивана и прислал ему свое благословение.  

Идею перехода царства и царской власти от Византии к Руси содержали многие памятники русской политической словесности, в частности, «Сказание о князьях Владимирских» начала XVI в., и «Родословец», составленный в 1555 г. В этих памятниках в подробный рассказ о происхождении русских князей включено повествование о получении киевским князем Владимиром Мономахом от его деда, византийского императора Константина Мономаха якобы византийской короны как знака царского достоинства и царских регалий – барм и скипетра и переходе их к великим князьям московским. По мысли русских князей и книжников, передача царских регалий из Византии, имевшая место в более отдаленные времена, была прообразом будущего становления «Третьего Рима».

Поскольку в православном царстве должно было быть две главы – царь и патриарх, то заветной мечтой русских людей было добиться установления патриаршества в Москве. Для этого нужно было согласие восточных патриархов. В Москве вели по этому поводу переговоры с Антиохийским патриархом Иоакимом, приезжавшим в Москву в 1586 г., а затем с Константинопольским патриархом Иеремиею в 1588 г. Московское правительство предложило самому Иеремии остаться на Руси патриархом, тот согласился. Однако в кругах высшего московского духовенства не расположены были подчиниться чужаку. В виде компромисса Иеремии предложили жить не в Москве, а во Владимире, он отказался, и в конце концов должен был согласиться поставить на Русь особого патриарха – Московского Иова (1589 г.). В следующем году собор восточных патриархов в Константинополе утвердил действие Иеремии. После возведения Московского митрополита в сан патриарха четыре русских епископа были возведены в сан митрополита (Новгородский, Казанский, Ростовский, Крутицкий).

Утверждение патриаршества отразило возросшее значение русской церкви в православном мире. Вместе с тем освобождение от власти константинопольского патриарха оборачивалось для нее возрастанием зависимости от светской власти.