Название: история социальной работы книга(Т. А .Ромм )

Жанр: Гуманитарные

Просмотров: 1757


Лекция 5

 

Научный и профессиональный этап

социальной работы

Предпосылки научного и профессионального становления социальной работы.

Теоретические основы социальной работы.

Становление профессиональной социальной работы.

Социальная работа – наука и профессия в первой половине XX в.

 

1. Изменение социальной работы, утверждение ее научного и профессионального статуса произошло во второй половине XIX в., что было определено объективным развитием социально-экономической ситуации в европейском и американском обществах. Интенсивное развитие капиталистических отношений способствовало коренным изменения не только промышленной сферы, но и социальной, и образовательной. Последствия промышленной революции привели к изменениям в характере общественного производства: роль ответственности отдельного человека в производстве повышается, формируются новые требования к личности работника (инициативность, умение работать в коллективе, стремление к самостоятельности). Для предпринимателя это означает не только вложение средств в производственную сферу, но также и в социальную, и образовательную, и в досуговую.

В эпоху бурного развития капитализма особое значение приобретают процессы урбанизации и, как следствие их, – миграции, причем для указанного периода характерны миграционные потоки с континента на континент (из Европы в Америку, Канаду, далее – в Австралию и Новую Зеландию). Процессы миграции неизбежно сопровождаются проблемами адаптации человека к новым условиям жизни, коренной ломке стереотипов жизни.

Изменения социальной политики в области прав человека и его защиты привели к появлению так называемого «социального вопроса», что усиливало необходимость поиска механизмов регулирования социальных конфликтов через социальное законодательство, социальное страхование.

Развитие всех этих процессов шло на фоне появления таких проблем человечества, которые в современных условиях могут быть определены как глобальные проблемы, связанные с загрязнением окружающей среды, демографическим развитием планеты, мировыми военными конфликтами. Таким образом, складывалось объективное понимание необходимости такой деятельности и такой теории, которая могла бы эффективно разрешать эти противоречия.

Помимо того, что существовала насущная потребность, в этот период был накоплен и определенный опыт, и некое понимание ответов на эти вопросы. Вполне конкретными предпосылками оформления научного и профессионального вида социальной работы стали совершенствование социального законодательства, изменение характера социальной практики и развитие гуманистических теорий и подходов.

Таким образом, стремительность индустриального развития в странах Европы и США в XIX в., урбанизация, разрыв традиционных социальных связей в отношениях между людьми, между человеком и обществом привели к появлению таких социальных проблем, которые невозможно было решать методами, используемыми в традиционном обществе. Прежняя социальная политика, основанная на доминировании общества над человеком, оказалась устаревшей. В условиях резкого обострения общественных отношений среди наиболее просвещенных людей формировалось убеждение в том, что общество больно и его надо срочно лечить, опираясь на традиционные методы благотворительности и милосердия. Однако не все были убеждены в том, что причины зла коренятся в самом обществе и связаны с социальными процессами. Необходимо лечить, лечить и самого человека, чтобы он принял, как должное, окружающую реальность. Поэтому социальные изменения, если их проводить, должны быть направлены на то, чтобы преобразовать человека, его внутренний мир, открыть его обществу или примирить его с социальными проблемами. Эти две концепции развивались одновременно.

М. В. Фирсов, анализируя данные процессы, выделяет три уровня факторов эволюции, которые привели к существенному изменению процесса помощи и к становлению теории и практики социальной работы [1]. Перечислим их.

Макрофакторы эволюции.

Промышленная революция начала XX в.

Изменения социальной политики в области прав человека и его защиты.

Организация системы социального страхования для больных и престарелых.

Мезофакторы эволюции.

Смещение акцентов помощи с материальных на обучение клиентов самостоятельно решать свои проблемы.

Изменение практических интересов социальных работников, переход от классовых интересов к личности самого клиента, его психоментальной проблематике.

Микрофакторы эволюции.

Концентрация внимания социальных работников «на работе со случаем».

Обоснование и внедрение в практику психоаналитических подходов со случаем.

Становление техник и методов индивидуальной работы, где деятельность социального работника строится на основе запросов клиента.

2. Несмотря на то, что основной запас знаний, идей, их практического воплощения в сфере социальной помощи был накоплен в Европе, оформление научной социальной работы произошло в США. После гражданской войны особенно остро встал вопрос об опеке над бедными, умственно неполноценными и осужденными за правонарушения. Сначала эта опека осуществлялась администрацией штатов, позднее были созданы Советы штатов по благотворительности, психическому здоровью и пенитенциарным учреждениям. Одновременно в общественном секторе формируются добровольческие организации и агентства по уходу за детьми. В 1865 г. на их основе была организована Американская Ассоциация общественной науки, однако, подходы к организации помощи среди ее членов понимались по-разному. Так, представители интеллигенции считали, что решать практические вопросы необходимо на основе объективного научного знания; практические работники были заинтересованы в конкретных методиках помощи, не углубляясь в теорию. Столкновение интересов приняло резкую форму в 1874 г., когда практические работники вышли из ассоциации и создали собственное объединение – Конфедерацию благотворительных действий (с 1879 г. – «Национальная конфедерация благотворительных и коррекционных действий»). Становление профессионального и научного статуса социальной работы было затруднено, в первую очередь, не столько организационными проблемами, сколько из-за идеологических разногласий. Социальная работа не имела единого вида изначально, поскольку ответы на базовые вопросы: что важнее – наука или практика?; в чем первопричина социальных проблем – в самом человеке или обществе? – не имеют однозначного ответа.

Несмотря на трудности, эта деятельность была привлекательной для молодых женщин, которые в социальной работе видели, прежде всего, возможность реализации своего социального статуса. Среди них заслуживают внимание американские феминистки М. Ричмонд, Дж. Адамс, которых вместе с представительницами европейского феминизма – А. Саломон, М. Гахери – называют «Матери – основательницы социальной работы». (М. Ричмонд (1861 – 1928) родилась в г. Беллевилл (штат Иллинойс), инвалид детства, рано осиротела. Став взрослой, долгое время не могла найти себе работу, пользуясь случайными заработками. В 1889 г. М. Ричмонд получила должность помощника казначея Благотворительного общества в г. Балтимор, а главное – возможность общаться с преподавателями университета Джона Хопкинса, которые вместе со студентами работали в качестве «дружеских визитеров». Это сыграло определенную роль в ее профессиональном становлении. В 1891 г. ее избирают Генеральным секретарем Благотворительного общества на 18 последующих лет. По ее инициативе в 1898 г. начала работать первая национальная школа прикладной филантропии (ныне – факультет социальной работы Колумбийского университета). С 1909 г. – директор благотворительной организации в Нью-Йорке, с 1921 г. – почетный магистр колледжа Смита, за разработку теории и широкое практическое распространение и популяризацию новой профессии – социальная работа).

М. Ричмонд и Дж. Адамс сформулировали основные подходы к проблеме организации помощи. Главной тенденцией в социальной работе в это время становится работа в «сеттльменте» (квартал, община) – объединении людей по территориальному принципу на основе религиозной или сословной общности. Это было определено спецификой урбанизации и индустриализации Америки данного времени. Квартал представлял собой оптимальную для социальной деятельности единицу: здесь было удобнее организовывать клубы для всех возрастных групп населения, проводить образовательную политику, рекламировать ценности американского образа жизни. Дж. Адамс, начиная с 1889 г., целенаправленно работала с переселенцами, оказавшимися в Америке без средств существования, жилья, знания языка. Это движение получило название «дружеских визитов к беднякам», а его участницы – «дружеские визитеры». Сама Дж. Адамс в 1931 г. получила Нобелевскую премию за свою работу. Три качества – жалость, справедливость и совестливость вместе с социальными инстинктами могут обеспечить целостность семьи и общины людей. Эти воззрения стали основными теоретическими положениями для организации практической социальной работы в сеттльменте.

Одновременно во многих крупных городах Америки (Нью-Йорк, Массачусетс, Винсконсинт) открывались филиалы Ассоциации специальных служб Америки. Они занимались вопросами финансовой и иной другой поддержки семьи через организацию контроля за деятельностью администрации (впоследствии это получило название «супервизии»).

Все эти подходы базировались на протестантских, католических, иудаистских принципах милосердия, на стремительно развивавшейся психологии (теория личности З. Фрейда). Но ответ на вопрос, как эти идеи могут быть реализованы, находили по-разному. Для Дж. Адамс главным было признание того, что окружающая среда «больна», и ее необходимо менять, чтобы покончить с бедностью. М. Ричмонд выступала за то, что причина бедности находится в самом человеке. И Дж. Адамс, и М. Ричмонд были едины в необходимости систематического знания. Общепризнано, что работы М. Ричмонд – «Дружеский визит к беднякам: руководство для работающих в благотворительных организациях» (1899) и «Социальные диагнозы» (1917) – являются и первыми учебниками, и первыми монографиями по теории социальной работы. Именно в них были заложены теоретико-методологические основы зарубежной социальной работы.

Прежде всего, социальная помощь рассматривалась в традициях философского подхода Аристотеля как дружеская акция, как неотъемлемая часть человеческого существования. Но акцент делался не только на понимании самой проблемы и человека в ней, но и на том, что в процессе помощи должно происходить изменение негативного отношения общества к нему. Социальная работа с клиентом, по мнению Ричмонд, должна осуществляться не на принципах морали и нравственности, а на основе социально-психологического взаимодействия, которое имеет свои логику и содержание. Основной метод реализации взаимодействия клиента и социального работника получил название «кейсуорк» (casework – дословно – работа со случаем) – индивидуальная социальная работа. Сама Мэри Ричмонд определяла его как «использование здравого смысла в бессмысленной ситуации» [2]. Поскольку развитие теории социальной помощи происходило с активным использованием психологического знания, то и кейсуорк сформировался как метод индивидуальной социальной работы на основе психоанализа, т. е. как традиционный, ведущий метод американской социальной работы. Метод кейсуорк предполагал предварительное изучение условий жизни нуждающихся и их семей. М. Ричмонд задумала найти логическое обоснование процедуры исследования, позволяющей объективно познать причины индивидуального неблагополучия личности. Но в конце XIX в. теория филантропии базировалась на философских концепциях, а социологический инструментарий только оформлялся. Рабочий инструментарий практики социальной работы представлен ею в книге «Социальные диагнозы» [3].

На окончательное оформление теоретических подходов повлияли, по мнению исследователей, следующие факторы. В о -

 п е р в ы х, работы З. Фрейда. До 1917 г. он был известен в США только небольшому кругу специалистов, в основном психиатрам и врачам. В 1909 г. Фрейд первый раз побывал в США и читал лекции в университете Кларка (штат Массачусетс). Психологические и интрапсихические процессы в контексте социальных проблем индивида становятся методологией анализа случая при обосновании процедуры диагностирования. В о - в т о р ы х, непрекращающаяся дискуссия о социальном реформировании, инициатором которой стала Дж. Адамс. Ее работа в сеттльментах требовала не отдельных акций, а создания долговременной тактики социального реформирования и развития социального законодательства. Поэтому Дж. Адамс и ее последователи считали, что важнейшее место должны занимать не индивидуальные акции, а профилактическая работа, т. е. социальное реформирование. Деятельность Дж. Адамс была более стихийной, «ненаучной», т.к. она предполагала совместное проживание с клиентами в сеттльменте («погружение») и личный пример улучшения жизни (за что она и была удостоена Нобелевской премии в 1931 г.).

В - т р е т ь и х, в 1915 г. в обществе возникает дискуссия о профессиональной сущности социальной работы, источником которой стала статья А. Флекснера «Является ли социальная работа профессией?». В ней обосновывалось, что социальный работник, осуществляя функции патронажа, не имеет своей специфической деятельности, т. к. не имеет своего метода работы с человеком. В полемике с ним М. Ричмонд описывает конкретные методы и приемы решения проблем клиентов, доказывая право на существования диагностического подхода.

Рассматривая медицинские подходы лечения больных в практике социальной работы, М. Ричмонд развивает оригинальный метод, позволяющий анализировать социальные и психологические проблемы клиента. В теорию социальной работы вводится терминология из медицинской практики, такая как «диагноз», «лечение», «клиент», но с новыми смыслами.

Исходя из американской идеологии индивидуализма, М. Ричмонд рассматривала бедность как болезнь, неспособность индивида самостоятельно организовать свою жизнь. Клиент представлялся как социальный больной, а деятельность социального работника – как «социальная терапия», социальное лечение, где главное место отводилось установлению правильного социального диагноза и с его помощью поиску методов помощи. Диагноз должен носить научно обоснованный характер в отличие от общих моральных критериев, которыми ранее руководствовались работники благотворительных организаций. Установленный диагноз с учетом внешних обстоятельств, особенностей личности нуждающегося позволял выявить причину появления трудностей и наметить комбинацию мер, результатом которых явятся изменения как самого индивида, так и социальной среды. Она подчеркивала важность оценки каждого случая в отдельности, исходя из его внутренних условий, чтобы высвободить и развить личные ресурсы человека и его социального окружения. Все это получило название «медицинской модели» социальной работы. Выделив общественные и личные ситуации в качестве приоритетных проблемных областей познания в социальной работе, она считала, что социальная работа – это «искусство помощи, искусство лучшего регулирования социальных отношений, индивидуальности мужчины, женщины, ребенка».

В процессе взаимодействия с социальным работником клиент должен был получить объективную картину своей ситуации, личностных и социальных зависимостей, отношений в социальных институтах и сообществе в целом, осложняющих социальное функционирование. «Медицинская модель» включала ряд этапов: сбор информации, составление диагноза, определение прогноза и социальную терапию, которая может осуществляться разными методами: косвенными и непосредственными. Косвенные методы «лечения» (или «недирективное воздействие») представляли воздействие на окружающую клиента среду (семью, микросоциум). Непосредственный метод («директивное лечение») заключается в прямом воздействии на самого клиента при помощи предложений, советов, уговоров, а также рациональных дискуссий с целью привлечения клиента к разработке стратегии, принятию решений и вовлечение его в конкретную деятельность. Доминирующими техниками в этой связи должны были стать внушения, убеждения, дискуссии, а также личностные характеристики социального работника: искренность, честность, участие. Кроме того, М. Ричмонд создала набор схем оценок, экспертиз качества социальной работы, диагноз социальных проблем, которые приходится решать социальному работнику.

В индивидуальной работе с клиентом в «Социальных диагнозах» намечаются отступления от методов моральных убеждений и альтернатив к методам воздействия и социально-психологического взаимодействия. Впервые описывается процесс взаимодействия социального работника и клиента. Процесс предстает как определенная последовательность, процедура, деятельность, подчиненная определенной логике, выражающейся в системном подходе к клиенту.

Разработанное М. Ричмонд положение о социальном диагнозе несколько десятилетий носило скорее психиатрический, чем социальный характер. Однако парадигма «изучение, диагноз, излечение» не претерпела каких-либо значительных изменений и до настоящего времени. Косвенный и непосредственный методы в дальнейшем стали основой для развития главных направлений в теории социальной работы – психолого-ориентированного и социолого-ориентированного. Принципы индивидуального подхода, описанные М. Ричмонд, получают рекомендации Христианского общественного союза для оказания помощи не только иммигрантам, лицам с девиантным поведением, но и клиентам с различными культурными и жизненными стилями. Эти принципы начинают применяться в работе с группами и в сообществе. «Социальные диагнозы» стали научным и логическим подходом социального научного исследования, что, в свою очередь, послужило началом нового этапа развития индивидуальной социальной работы.

В 1920-е гг. М. Ричмонд реформирует метод индивидуальной социальной работы, усиливая в нем значение психоанализа, что позволило интрапсихические процессы анализировать в контексте социальной работы. Психоанализ расширил представление о диагнозе, так как предложил научный метод изучения не только личности, но и социальных отклонений, что было особенно важным для социальных работников. С 1922 г. М. Ричмонд разрабатывает принципы «социальной индивидуальной работы», где помимо прежних подходов («ум на ум») находят место и такие как: «индивидуальное развитие», «регулирование человеческих отношений». Предметом изучения стали объективные факторы с различными ситуациями в жизни людей. Объектом социального диагноза и акций улучшения функционирования клиентов становятся процессы, развивающие эту личность, регулирующие социальное окружение. В этих подходах личность представлялась как совокупность биологических факторов развития, связанных отношениями с другими людьми и с самоопределениями клиента. Жизнь индивида виделась как совокупность сложных и противоречивых отношений с другими людьми, поскольку это обусловлено многообразием человеческих отношений, взаимозависимостью, самовыражением.

Именно на основе медицинской модели, предложенной М. Ричмонд, сформировались первые научные школы в социальной работе: диагностическая и функциональная.

3. Развитие профессиональной социальной работы происходило в условиях формирования новых подходов к отношениям личности и общества. Организация помощи шла по двум каналам: государственному и общественному. Государственная помощь была направлена на борьбу с социальными недугами (бедностью, безработицей, нетрудоспособностью), она осуществлялась системно. Общественные организации направляли свои усилия на те категории населения, с которыми государство по разным причинам не могло или не хотело взаимодействовать (например, эмигранты в США или взрослое неграмотное население в России). Т. е. общественная благотворительность имела более широкое поле деятельности как на уровне содержания, так и на уровне объектов приложения сил, это была, в целом, более гибкая и мобильная система. Однако и государственные программы помощи, и деятельность в общественных организациях сталкивались с проблемой качества оказания услуг, наличия специальных умений и знаний для решения социальных проблем. В обществе назрела проблема профессиональной подготовки специалиста. Первые попытки организовать такую подготовку были предприняты еще в конце XIX в.: так, в России в 1882 г. была открыта кафедра общественного призрения при психоневрологическом институте в Санкт-Петербурге; в Германии в 1893 г. – курс «Группы девушек и женщин для социальной помощи и попечения» Жанетт Шверин и в 1899 г. – первый годичный курс подготовки профессионалов в области благотворительного обеспечения Алисы Саломон в Берлине; в США организовали курсы по работе с семьями. В начале XX в. эта деятельность становится более широкой: в Америке была развернута специальная подготовка социальных работников в форме двухгодичных школ, ориентированных на подготовку практических работников в сфере социальной политики (1910). Это были первые учебные заведения для подготовки специалистов в социальной сфере. В образовательной концепции уделялось большое внимание знаниям о социальном уходе, воспитании и формированию ценностей (этики) социального работника. В этих школах слушатели изучали эволюционную диагностику, планирование социальных акций, ведение индивидуального интервьюирования и т.д.

Становится очевидным, что для осуществления профессии ведущим фактором становится не религия, а наука, знание социальных процессов, особенностей личностного становления. Милосердие из нравственного долга переходит в разряд профессиональной обязанности. Поскольку на данном этапе социальная работа находится под влиянием психологического и социологического знания, то и в подготовке социального работника преобладают две ориентации: психомедицинская, связанная с оказанием помощи психологическими, психиатрическими и медицинскими средствами; и социально-политическая, направленная на реорганизацию общественных структур. Формирование этих профессиональных специализаций было связано еще и с тем, что первыми социальными работниками выступают либо специалисты в области практической медицины, психоанализа, либо общественные деятели.

Социальная работа благотворительного характера долгое время считалась типично женской профессией. В эти годы Алиса Саломон в Германии высказала мысль о том, что «социальная работа является истинно женской профессией á…ñ Для работы по уходу, воспитанию и обеспечению женщины более предрасположены, чем мужчины» [4]. Кроме того, было установлено, что основными клиентами являются женщины и дети, потребности которых лучше могут понять женщины-специалисты. Символом особой общественно-политической ориентации этого времени стал принцип «духовного материнства». Реализация этого принципа была направлена на достижение допуска женщин к профессиональной деятельности и к получению образования. Разработанная Песталоцци и Фребелем «педагогика материнства» явилась образовательной концепцией, в которой обосновывалось не только присущее женщине естественное материнство, но и возможность специфического вклада женщины в преодоление «социального вреда» при экономическом, политическом и социальном развитии общества. Это объясняется общественными условиями в процессе развития благотворительной помощи частного характера XIX в. Почти все женщины буржуазного происхождения добровольно работали в сфере социального обеспечения бедных, ухаживали за больными, детьми, помогали при ведении домашнего хозяйства, развивая, таким образом, профессиональные возможности. Эта деятельность имела большое значение в борьбе женщин за их профессиональную эмансипацию. Выполняемая женщинами деятельность в рамках благотворительной помощи частного характера соответствовала картине полового распределения ролей: женщина как обслуживающий и сохраняющий мир член семьи, общества и государства.

Основание социального образования получило широкий резонанс в Европе. Так, в Германии в 1905 г. Протестантская Церковь основала в Ганновере первую женскую профессиональную школу по социальному попечению, а в 1908 г. Алиса Саломон открыла в Берлине женскую профессиональную школу социальных профессий с двухгодичной программой обучения на базе педагогического учебного заведения (училище) имени Песталоцци и Фребеля. Эта программа вскоре получила признание по всей Германии. Годом позже обучение в этой школе уже составляло три года. Теоретические занятия проводились параллельно с практической деятельностью. В годы первой мировой войны, когда мужчины были призваны в армию, увеличился приток учащихся – представительниц женского пола. Кроме того, в соответствии с новым законодательством, с 1900 г. женщинам разрешили работать в области опекунства, а с 1901 г. женщины были допущены к работе в области общественного попечительства.

Профессиональный вид социальной работы имел свою специфику, здесь, помимо актуальности знаний, умений особое значение уделялось этическим вопросам, тому, что М. Ричмонд называла «ментальная гигиена» специалиста, а Алиса Саломон определяла как формирование «харизматической личности»: «На свете нет механически применимых правил: как воспитать ребенка или удовлетворить потребность о помощи á…ñ. С другой стороны, нет ни одной педагогической и ни одной социальной деятельности, которую можно хорошо и успешно выполнять только руками и разумом (интуицией). Эта работа требует знаний и, в частности, целостного знания о человеке…» [5]. Основы «ментальной гигиены» связаны с определением основных принципов взаимодействия социального работника и клиента. К таким принципам относили: необходимость симпатизировать клиенту, поощрять его, отдавать предпочтение и строить вместе с ним планы действий. Эти принципы легли в основу этического стандарта профессии социального работника.

4. Период между двумя мировыми войнами – время активного развития социальной работы, ее теоретического приращения и профессионального совершенствования. Развитие теории социальной работы связано с появлением в США диагностической и функциональной школ социальной работы. Диагностическая школа социальной работы сложилась в Нью-Йорке (1918) на базе колледжа Смита, в котором подготавливали специалистов для работы с ветеранами первой мировой войны. Теоретическая основа данной научной школы объединила медицинскую модель М. Ричмонд и теоретические психоаналитические подходы З. Фрейда. В связи с этим основное внимание в рамках данной школы уделяется психоаналитическому анализу внутреннего мира человека, отодвигая на второй план влияние и роль окружающей среды. Свое название школа получила из-за того, что основной акцент делался на составление психоаналитического диагноза: информации о детских впечатлениях, взаимоотношениях с родителями, снах; состояние социального окружения не принималось во внимание. Логика психоанализа в совокупности с медицинской терминологией предопределила отношения социального работника и человека, нуждающегося в помощи, как авторитарные, где задача социального работника – «лечить клиента», т. е. способствовать изменению его личности в целях успешной адаптации к социуму.

Развитие идей психоанализа в преломлении проблем помощи связано с именами В. Робертсон и Г. Хамильтон. В. Робертсон внесла новое в понимание традиционного метода социальной работы «кейсуорк». В центр внимания ставится не ситуация клиента, а его ценности и смыслы его индивидуального опыта (конечно, опыта прошлого, детских переживаний), однако решающее значение уделяется именно пониманию запросов клиента. Г. Хамильтон расширяет понятие диагноза и предлагает его новую трактовку. Теперь это не установка к действию, а рабочая гипотеза для понимания личности клиента, его ситуации, проблемы, запроса, т. е. диагноз – это скорее модель помощи, которая дает представление о том, как человек встречается с ситуацией. Ситуационный подход в диагностической школе дал новые стратегии: развитие предвидения и психологической поддержки. Развитие предвидения у клиента диагностическая школа рассматривала как приоритетное направление, т. к. оно позволяет освобождаться от неосознанного конфликта, а осознание и понимание его трудностей помогает социальному работнику эффективно осуществлять помощь. Психологическая поддержка, в свою очередь, направлена на обретение уверенности клиентом, она связана с отдельными аспектами развития его жизни. Диагностическая школа социальной работы получила дальнейшее развитие в 1970 – 1980 гг.

Чуть позднее, в 1930-е гг., в Пенсильвании на базе школы социальных работников формируется еще одно направление, связанное с теоретическим осмыслением процесса помощи, которое получило название «функциональная школа социальной работы». Она формировалась также под влиянием психологии, но, в первую очередь, взглядов О. Ранка, К. Роджерса, К. Хорни, Д. Тафта и других представителей гуманистической психологии. О. Ранк долгие годы работал в Европе с З. Фрейдом (вместе с Ш. Ференци). Подходы О. Ранка, сформулированные им в его работах «Травма рождения» и др., отличались от классических взглядов З. Фрейда на психоанализ. Согласно его концепции, в процессе рождения ребенок переживает смертельный приступ страха, получая при этом «травму», и вся последующая жизнь человека – серия попыток преодолеть или вытеснить этот страх. Все психические конфликты он связывал с драмой рождения и на этом строил свой метод помощи. В 1924 г. О. Ранк получил приглашение в США. Здесь, наряду с указанными подходами, он начинает развивать идеи, связанные с отношениями клиента и терапевта, что оказалось востребованным в практике социальной работы. Подчеркивая значимость ситуации «здесь и теперь», а не «там и тогда», где и когда формировались детские впечатления клиента, О. Ранк считал важнейшей задачей подвести пациента к «осознанию» своих проблем на основе воли самого индивида к переменам.

В 1930 – 1940-е гг. функциональный подход развивается в направлении психологического анализа социального поведения и социальной истории клиента. Группа практиков, работающих в агентствах, определила развитие различных ее полей – от медицинского до школьного. Подходы, которые начинают складываться в практике, отражают тенденцию отказа от моделей лечения (вмешательства, интервенции), вместо которых предлагаются модели помощи, приспособления клиента к общественным стандартам жизнедеятельности на основе использования ресурсов, возможностей самопонимания, самопомощи.

Методология представителей данного направления позволила сформулировать следующие базовые положения.

Помощь должна опираться на желание перемен, которые есть у клиента, это определяет способность к восприятию помощи. Клиент в рамках самоопределения имеет право решать задачи за себя.

Личность – система саморазвивающаяся, стремящаяся к росту.

Таким образом, в основу помощи положен был не диагноз как таковой, а процесс изменений клиента во взаимодействии с социальным работником. Взаимодействие понимается как форма и средство изменения ситуации, успех которой зависит от того, насколько осознана и принята помощь. При таком понимании помощи главные усилия социального работника связаны с развитием «сервиса помощи», т. е. создание техник и методик помощи клиенту, а сама социальная работа предстает не как «лечение», а как социальная услуга.

Значение функциональных подходов в социальной работе трудно переоценить, они определили всю стратегию дальнейшего развития зарубежной теории социальной работы, которая по-прежнему базируется на положении о том, что центр социальной помощи – клиент со своим правом выбора в принятии помощи, а социальный работник отвечает не за результат, а за организацию услуги.

Дальнейшее развитие функциональный подход находит во взглядах Дж. Тафта. Отталкиваясь от таких базовых потребностей индивида, как зависимость/независимость клиента, автор предлагает выстраивать процесс помощи, исходя из данных доминант. Необходимо, с ее точки зрения, выстраивать такие отношения, которые позволили бы клиенту в полной мере раскрыться и осознать свое индивидуальное Я.

Необходимо отметить, что научное и профессиональное развитие социальной работы происходило крайне неравномерно. Если теоретические подходы к помощи складываются на американском континенте, то более системное становление профессиональных основ осуществляется в Западной Европе. Здесь, после того как произошло законодательное закрепление профессионального статуса социальной работы, происходит расширение содержательного контекста помощи с учетом специфики традиций и социальных проблем отдельных государств.

В 1918 – 1920-е гг. был принят ряд законодательных актов о подготовке социальных работников в Европе, тем самым завершился этап профессионального оформления социальной работы. В Германии конечный вариант государственного стандарта и положение о проведении экзаменов, действовавшие в стране до конца 50-х гг. XX в., были приняты в 1920 г.

Наиболее популярной школой социальной работы в Германии оставалась школа, основанная Алисой Саломон. После захвата власти национал-социалистами «женская национальная школа» продолжала свое существование, однако почти половина преподавательского состава к 1934 г. была уволена, в том числе – Алиса Саломон. Ученицы еврейской национальности были вынуждены покинуть школу. Дальнейшее обучение в этом учебном заведении на данном историческом этапе было подчинено фашистским установкам о «народном попечении» и «народном воспитании», а это означало, что принцип социального обеспечения нуждающихся толковался как принцип отбора по «генетическим показателям». Практика «народного попечения» ограничивалась работой с «арийскими немцами», а так называемых «недоброкачественных» стали отделять и впоследствии уничтожать. Социальная женская школа соответственно новой политике получила другое название – «женская школа народного попечения». Алиса Саломон вынуждена была эмигрировать в Америку, где она умерла в 1948 г.

До прихода к власти нацистов немецкие социальные работники внесли существенный вклад в интернационализацию социальной работы. Алиса Саломон была третьим президентом Международной Ассоциации Школ социальной работы. Нацистская диктатура внесла свои коррективы. Так произошло оформление профессионального вида социальной работы – новой профессии со своим статусом, образовательным стандартом, складывающейся системой подготовки.

Контрольные вопросы

Какие основные понятия в теорию социальной работы внесла М. Ричмонд?

Что является доказательством профессионального оформления социальной работы?

В чем преимущества и недостатки диагностической и функциональной школ социальной работы?

Литература

1. Фирсов М.В. Введение в теоретические основы социальной работы (историко-понятийный аспект). – М., 1997.

2. Справочное пособие по социальной работе / Под ред. А.М. Панова, Е.И. Холостовой. – М.: Юристъ, 1997.

3. Фирсов М.В., Шапиро Б.Ю. Психология социальной работы: Содержание и методы психосоциальной практики: Учеб. пособие для студентов высш. учеб. заведений. – М.: Издат. центр «Академия», 2002.

4. Актуальные проблемы социальной педагогики и социальной работы: Хрестоматия учеб. текстов герман. преподавателей и экспертов по соц. работе и соц. педагогике / Под общ. ред. проф. Ф. Прюс и д-ра Ф. Беттмер; Пер. с нем. Н. Хельд и О. Бурковой. – М.: Издат. компания «Подвиг», 2001.

5. Там же.