Название: Очерки по истории России XX век ( М. В. Шиловский)

Жанр: История

Просмотров: 1668


§ 1. народное хозяйство после великой отечественной войны

Промышленность. Самая насущная проблема, с которой правительство СССР столкнулось сразу после победы – восстановление страны. Несмотря на упоминавшийся рост промышленного производства с начала 1942 г., даже в год победы оно не дотягивало до уровня 1940 г. Полностью был превращен в руины крупный промышленный центр Сталинград. Многочисленные военные разрушения на оккупированных землях усугублялись тем, что фашисты при отступлении стремились уничтожить все, вплоть до железнодорожного полотна. По данным Центрального статистического управления, только прямой ущерб от войны (уничтожение имущества) составил не менее 679 млрд руб. (в ценах 1940 г.) – вдвое больше, чем было вложено в народное хозяйство за все довоенные пятилетки вместе взятые. В том числе прямой ущерб, нанесенный государственным предприятиям и учреждениям, – 287 млрд. руб. По существу пропала целая пятилетка. Приведенные цифры описывают только прямой ущерб; косвенный был существенно большим. Потери убитыми и пропавшими без вести (что обычно тоже означало смерть) за время войны на фронтах и на оккупированных территориях составили в СССР более 27 млн человек, без учета повышенной смертности населения из-за тяжелых условий жизни. Это примерно 16 \% довоенного населения – каждый шестой. Из 27 млн погибших 20 млн – мужчины, в основном наиболее трудоспособного возраста.

 

Восстановление разрушенного началось уже в ходе самой войны. Даже в тяжелые дни конца 1941 и 1942 гг., едва только удавалось освободить часть территории от фашистов, из армейских рядов возвращались на восстановительные работы профильные специалисты. Однако основные восстановительные работы пришлись на четвертую пятилетку, включавшую годы с 1946 по 1950. Начало пятилетки осложнилось конверсией. Более 50 \% промышленного производства составляли в 1945 г. военные товары. Значит, стояла задача перевода промышленности с военной на гражданскую продукцию – конверсии. Этот процесс начался еще во второй половине 1945 г. и сразу привел к спаду производства: танки выпускать уже прекратили, а производство тракторов еще не наладили.

К 1947 г. конверсию удалось завершить, и возобновился рост производства. Как следствие, план четвертой пятилетки по промышленному производству удалось, по официальным сведениям, не только выполнить, но и перевыполнить на 17 \%. Показатель 1950 г. составил 173 \% от уровня 1940 г. вместо запланированных 148 \%. Если же сравнивать объем промышленного производства 1950 г. с 1945, то эта цифра составляет 188 \%. В целом восстановление разрушенного удалось закончить к концу четвертой пятилетки. Около двух десятков областей, наиболее пострадавших от войны (те, что наиболее долго подвергались оккупации) не успели завершить восстановление промышленности в четвертой пятилетке и сделали это к исходу 1952 г.

Насколько достоверны приведенные выше официальные цифры? Возможно, они завышены – так же, как и результаты первых пятилеток? Приведенные показатели взяты из тех же источников, которые дают действительные показатели роста для первых пятилеток, поэтому едва ли здесь речь идет о подтасовке. Есть, впрочем, другой недостаток, связанный с неравномерностью ценообразования в советское время. Поскольку вся промышленность находилась у государства, именно оно произвольно определяло цены. Как следствие, после войны обнаружилась заниженность цен на товары тяжелой промышленности относительно товаров легкой промышленности. Кроме того, в течение второй половины 40-х и 50-х гг. оптовые цены неоднократно менялись, поэтому отделить действительное изменение объемов производства от влияния новых цен крайне трудно, если вообще возможно. Так называемые неизменные цены 1926/27 гг., по традиции применявшиеся в советской статистике второй половины 1940-х гг., тоже не могут считаться безусловно верными, поскольку действительное соотношение цен на разные товары с нэповских времен поменялось, порой значительно. Тем не менее, можно утверждать, что рост советского промышленного производства за каждый год четвертой пятилетки составлял порядка 20 \%, т. е. примерно соответствовал темпам индустриализации.

Оценить рост восстановительного периода можно еще по такому показателю, как капиталовложения. В течение четвертой пятилетки их сумма составила 305 млрд руб. Даже если предположить, что эта цифра включает инфляцию в несколько десятков процентов, она все-таки получается сопоставимой с показателями первых пятилеток.

Что еще сближает послевоенный период с индустриализацией, так это отрасли преимущественного развития промышленности. Дальнейшему укреплению «группы А» немало способствовала война. Валовая продукция промышленности в 1945 г. составила 92 \% от уровня 1940 г. Но если смотреть отдельно по группам, то тяжелая промышленность выдавала 112, а легкая – лишь 59 \% довоенного уровня. Сложившиеся в результате войны пропорции практически не изменились до конца 50-х гг.: даже в 1958 г. продукция тяжелой промышленности составляла 72 \% (тогда как в 1940 г. – 62 \%).

Таким образом, Советский Союз смог в кратчайший срок преодолеть разрушительные последствия войны, ежегодно демонстрируя высокие темпы прироста промышленного производства. При этом тяжелая промышленность сохранила приоритет.

Сельское хозяйство. Война, заставившая самоотверженно трудиться всех граждан, в некоторой степени устранила существовавшее в 30-е гг. различие между привилегированным городом и угнетаемым селом. Части крестьян удалось даже улучшить свое материальное положение за счет торговли на рынке.

Но в четвертой пятилетке сельское хозяйство оказалось единственной отраслью, существенно недовыполнившей план. Планировалось в 1950 г. получить зерна на 27 \% больше, чем в последнем мирном году, а в действительности собрали столько же. Начать здесь стоит с денежной реформы 1947 г. В том году неожиданно для народа и в ограниченный срок был проведен обмен денег. Небольшие наличные суммы и вклады в сберкассах меняли в пропорции 1:1; прочие вклады – 2 или 3 рубля старых за один новый (в зависимости от суммы вклада); крупные наличные денежные сбережения – 10:1. Реформа касалась всех слоев населения, однако наиболее тяжело сказалась на крестьянах. У них за время войны скопилось больше сбережений за счет резкого роста цен на продукты питания в свободной торговле. И к сберкассам они обращались реже.

Ограничение ЛПХ. Помимо денежной реформы правительство предприняло ряд других мер, на сей раз направленных непосредственно на крестьян. В сентябре 1946 г. появился указ «о мерах по ликвидации нарушений устава сельхозартели в колхозах». Местным властям предписывалось строго проверить соответствие личных подсобных хозяйств крестьян прежним и вновь введенным ограничениям. На практике воплощение указа вылилось в сокращение размеров ЛПХ: отрезали «излишки» земли, забирали «лишний» скот.

Новый этап борьбы с ЛПХ начался в 1948 г. В этом, а затем и в 1952 г., увеличивались налоги на личные крестьянские хозяйства. Причем налоги зависели не только от объема произведенной и проданной продукции, но и от размеров крестьянского хозяйства. Такой способ исчисления налогов нередко заставлял крестьян сокращать производство. За бесценок продавался скот, вырубались фруктовые сады.

Голод 1946/1947 гг. Наступление на ЛПХ сочеталось с чрезвычайным неурожаем 1946 г. Вследствие сильной засухи заготовки хлеба в том году составили около половины уровня 1940 года. План заготовок остался невыполненным, поэтому положение с продовольствием снова обострилось. На Южной Украине и в Молдавии крестьяне снова, как в начале 30-х гг., стали умирать от голода. Этот голод был, по-видимому, не так страшен, как голод 1932/33 гг., однако и здесь счет погибших исследователи ведут на миллионы (называются цифры от 1 до 3 млн человек). Голод заставлял крестьян идти на различные незаконные действия, чтобы выжить. Нередко сами колхозные руководители нарушали закон, выдавая хлеб крестьянам до выполнения плана государственных заготовок. В сентябре – октябре 1946 г. ЦК и Совет министров отреагировали на это двумя специальными постановлениями по усилению охраны хлеба. Эти постановления напоминали карательным органам о необходимости тщательнее соблюдать закон 7 августа 1932 г. («закон о пяти колосках»). В течение ближайшего года усилившиеся репрессии направлялись прежде всего против председателей колхозов и сельских активистов; всего пострадало за этот год порядка 30 тыс. человек, из которых около 2,5 тыс. было расстреляно.

Новый урожай 1947 г. помог прекратить массовый голод. В декабре 1947 г., одновременно с денежной реформой, были отменены продовольственные карточки в городах. Однако положение с продовольствием оставалось напряженным. В июне 1947 г. был издан закон об уголовной ответственности за хищения государственного и общественного имущества. Согласно этому закону, под действие которого попадали даже самые мелкие кражи, сроки наказания определялись от 5 до 25 лет лагерей. На практике обычно давали не меньше десяти. Суть этого закона – такая же, как и у постановлений осени 1946 г.: напомнить о жесткой дисциплине в колхозах. Но в отличие от прошлогодних постановлений применялся июньский закон в отношении простых колхозников, которым оставался только один выбор: голодная смерть или воровство с колхозного поля. Пик действия этого закона пришелся на 1947 и первую половину 1948 гг. Всего по закону 1947 г. было осуждено более 300 тыс. человек. После этого давление сочли возможным ослабить: в августе 1948 г. виновных в мелких кражах вывели из-под действия закона 1947 г., тем самым в несколько раз сократив им наказание; в 1949 г. даже провели частичную амнистию.

Сокращая личные подобные хозяйства, государство требовало от крестьян больше работать в колхозах. В июле 1948 г. вышел указ «О выселении в отдаленные районы лиц, злостно уклоняющихся от трудовой деятельности и ведущих антиобщественный, паразитический образ жизни». Указ этот относился к тем из колхозников, кто не вырабатывал обязательный минимум трудодней. Попали под действие закона и были высланы в необжитые местности до полусотни тысяч человек. Закон этот действовал фактически в 1948–1949 гг., а затем сошел на нет. Взамен в 1950 г. началась другая кампания – укрупнение колхозов. Предполагалось, что объединение мелких колхозов в крупные приведет к более производительному использованию колхозного инвентаря. Число колхозов в ближайшие два года сократилось в 2,5 раза, однако объединения эти носили обычно формальный характер и не повысили производительность труда.

Итогом крестьянской политики послевоенных лет и наилучшим показателем воздействия ее на деревню стало сокращение численности крестьян. В течение четвертой пятилетки советскую деревню покинуло 8 млн жителей. Этот отток не смог возместить даже естественный прирост населения, ускорившийся после окончания войны. Такова была реакция крестьян на давление в отношении как колхозного, так и личного хозяйства; на лишение стимулов к работе и нищенское существование.