Название: Очерки по истории России XX век ( М. В. Шиловский)

Жанр: История

Просмотров: 1683


§ 4. кризис союзного центра (июнь 1990 – июль 1991 гг.)

У Горбачёва было несколько излюбленных выражений, которые с помощью пародистов приклеились к нему намертво. Одно из них – «процесс пошел». Процесс действительно пошел. И вышел из-под влияния Горбачёва. Трудно сказать, где та точка возврата, после которой процесс уже нельзя было вернуть под контроль партии. Но, по-видимому, с середины 1990 г. развитие Советского Союза от Горбачёва уже не зависело. Развитие страны на том этапе связано прежде всего с отношениями между руководством СССР и РСФСР.

Формально Россия в Советском Союзе существовала в качестве одной из республик, и прав у нее было столько же, сколько у Киргизии, Украины или Латвии. По существу же Россия выступала объединительным центром, благодаря которому и держались в одном государстве столь разнородные местности – от Восточной Европы до Средней Азии. Таким образом, Советский Союз мог существовать, лишь пока руководство Союза и России было единым. Люди разные, линия – одна. До Перестройки это было совершенно естественно: республиканское руководство подчинялось союзному.

Суверенитет РСФСР. Однако летом 1990 г. обстановка изменилась. Вопрос о суверенизации России был поставлен Ельциным и его товарищами уже во второй половине 1989 г. Тому были объективные предпосылки: выяснилось, что Россия (за пределами Москвы и Ленинграда) живет гораздо хуже, чем «угнетаемые» национальные окраины. В России на общесоюзные нужды изымалась явно большая часть национального дохода, чем в других республиках. 12 июня 1990 г. подавляющее большинство делегатов I Съезда народных депутатов РСФСР приняло Декларацию о государственном суверенитете РСФСР. В Декларации было записано верховенство республиканских законов в случае противоречия их с союзными. Проблема заключалась в том, что по Конституции, за каждой республикой сохранялось право выхода из Союза, а значит, принятое решение не было антиконституционным. Сложилось двоевластие – РСФСР против СССР. В следующие месяцы Ельцин попытался закрепить достигнутое проведением независимой политики в области экономики. Была оговорена самостоятельность внешнеэкономической деятельности РСФСР. Объявлялась монополия РСФСР на свои природные богатства. Собственностью России объявлялись расположенные на ее территории подразделения банков СССР. Все налоги, собираемые на территории РСФСР, стали поступать в местный бюджет, из которого союзному центру передавалось лишь столько, сколько считал нужным Верховный Совет РСФСР. Суверенизация России не ограничивалась экономикой и распространялась на другие государственные учреждения (в частности, в России появился свой КГБ).

Тогда же, осенью, российское правительство приняло программу «500 дней». Еще с августа ее разрабатывала группа экономистов под руководством академика С. С. Шаталина с участием молодого экономиста Г. А. Явлинского. Программа «500 дней» предусматривала полную либерализацию экономики вплоть до создания лишь экономического союза независимых государств. Существенно и то, что срок воплощения этой программы был в несколько раз короче сроков аналогичной общесоюзной программы, разработанной академиком Л. И. Абалкиным (6–8 лет). С помощью ряда законов в конце 1990 – начале 1991 гг. российское правительство закрепило наличие разных форм собственности (не только государственной), приватизацию государственных предприятий, привлечение иностранного капитала.

Попытки реформ Горбачёва. Программе «500 дней» Горбачёв попробовал противопоставить свои реформы. В декабре 1990 г. (во время IV съезда народных депутатов СССР) получило отставку нелюбимое народом правительство Рыжкова. Совет министров был распущен, взамен по предложению Горбачёва создали кабинет министров. Его председателем стал В. С. Павлов.

Валентин Сергеевич Павлов (1937–2003). Выпускник Московского финансового института, по окончании которого сразу попал работать в Минфин РСФСР, а затем и СССР. С 1979 г. – в Госплане. В 1986 г. его, как сторонника реформ, поставили во главу Госкомитета цен, а в 1989 г. дали руководить Минфином.

Финансист по образованию, В. С. Павлов уделял основное внимание финансовой стороне реформ. Еще с 1986 г. он разрабатывал денежную реформу, в 1987 г. одобренную Пленумом ЦК, но так и не воплощенную. Теперь у него появилась возможность воплотить свои планы. Его денежная реформа так и вошла в историю как «Павловская». Она состояла из двух частей. В январе 1991 г. неожиданно начался обмен денег. В короткие сроки подлежали обмену, причем в ограниченном количестве, 50- и 100-рублевые купюры (самые крупные в стране). Взамен выдавали деньги такого же номинала, но нового образца. Предполагалось, что это поможет изъять незаконно нажитые средства. В действительности это не могло помешать крупным ворам, у которых везде были «свои люди». Второй составляющей реформы стало повышение цен. В апреле 1991 г. цены увеличились в среднем в два раза, что должно было снизить остроту дефицита. Впрочем, государственное регулирование цен сохранилось, сохранились и перебои в снабжении.

Таким образом, улучшения в экономике не произошло. Помимо экономики, замена Совмина Кабинетом министров имела и политическое значение – ведь Кабинет подчинялся непосредственно президенту СССР. Тогда же, в декабре 1990 г., Горбачёв организовал и Совет безопасности при президенте. Произошли перемены в силовых органах. В частности, министром внутренних дел стал Б. К. Пуго. Учитывая его опыт работы в КГБ, многие расценили это назначение как поворот Горбачёва в сторону свертывания демократии. В знак протеста ушел в отставку министр иностранных дел Шеварднадзе.

Обострение национального вопроса. Тем временем ускорялось центробежное движение местных элит. Этому немало способствовало и руководство России. Ельцин действовал по принципу: что плохо для Горбачёва – хорошо для меня. Летом 1990 г., выступая у татар и обещая заключить конфедеративный договор внутри России, Ельцин говорил: «Не надо исходить из того, сколько прав даст вам Россия. А надо исходить из того, сколько вы можете взять и какую долю делегировать России… Возьмите такую долю самостоятельности, какую можете переварить». Призывы такого типа вылились в «парад суверенитетов». До конца 1990 г. 14 из 16 автономных республик в рамках РСФСР провозгласили собственный суверенитет. Впрочем, «парад суверенитетов» – явление больше из российской истории, чем из союзной: именно Ельцину пришлось потом ограничивать чрезмерные претензии властей вчерашних автономных республик. Для Союза ключевое значение имели действия республик. С осени 1990 г. различными политическими деятелями выдвигались проекты нового союзного договора. И хотя они имели статус лишь частных мнений, стало ясно, что новый союзный договор необходим. Остроту положения подчеркнули события в Прибалтике. 10 января 1991 г. Горбачёв потребовал от Верховного Совета Литвы восстановить на своей территории действие конституции СССР. 14 и 20 января были предприняты штурмы сначала телецентра в Вильнюсе, а затем и здания МВД в Риге. Эти здания были оплотом местных «народных фронтов». Пролилась кровь (несколько десятков убитых), что вызвало мировой резонанс. Союзные министры Яковлев, Примаков, Абалкин ушли в отставку, обвинив Горбачёва в диктаторстве.

События зимы 1990/1991 годов показали, что Горбачёв дозрел до готовности применить силу, чтобы остановить распад государства. Однако силы этой у него было очень мало.

Ново-Огаревский процесс. В условиях нехватки силы Горбачёв попытался заручиться поддержкой народа. Лучшее средство для этого – референдум (всенародное голосование по определенному вопросу). Давно известно, что референдум дает тот результат, который нужен человеку, формулирующему вопрос. 17 марта 1991 г. большинство населения во всех республиках проголосовало за сохранение Союза (в целом по стране – порядка 75 \%). Правда – обновленного. В то же время в каждой республике, одновременно с общесоюзным референдумом, проводились еще местные референдумы по вопросам, сформулированным республиканским руководством. Авторы вопросов хотели получить одобрение своей политики обособления от центра. И получили – и тоже подавляющим большинством. Например, в России 70 \% голосовавших высказалось за создание должности президента РСФСР. На Украине 80 \% поддержали вхождение Украины в Союз на основах декларации о государственном суверенитете Украины.

Таким образом, с одной стороны, Горбачёв получил возможность ссылаться на поддержку населением идеи Союза. С другой, было ясно, что население ждет уже совсем другого Союза, чем раньше. В апреле началась разработка нового союзного договора. Работа республиканских представителей проходила в подмосковной резиденции Ново-Огарево, почему разработку этого договора и назвали Ново-Огаревским процессом. В этом процессе республиканские лидеры выступали с позиций сильного. Они навязывали Горбачёву такой договор, при котором новый Союз переставал быть государством – он оставался лишь объединением независимых государств. Государства сами управляли экономикой, проводили независимую внутреннюю и внешнюю политику. Из договора было даже не вполне ясно, зачем вообще нужен Союз; каковы его функции. Такой союзный договор существенно понижал положение Горбачёва, однако выбор у него был небольшой.

12 июня 1991 г. состоялись выборы президента РСФСР, увенчавшиеся победой Б. Н. Ельцина (его основным соперником был сильно отставший Н. И. Рыжков). В том же месяце в Ленинграде и Москве были избраны мэры – Собчак и Попов (оба – из Демократической России). Формально мэры не вписывались в существующую систему власти, фактически они стали забирать власть себе из-под райкомов и горкомов. Этому способствовал указ Ельцина о департизации в РСФСР от 20 июля: госслужащие могли отныне участвовать в деятельности партий только в свободное время и за пределами учреждений. Становилось очевидно, что если Горбачёв не сможет добиться хоть какого-то договора, Союз распадется без всяких договоров.

Проект договора. В итоге 23 июля 1991 г. Горбачёв согласился на тот вариант договора, который устраивал республиканских деятелей. Подписание его было намечено на сентябрь–октябрь, время действия следующего Съезда народных депутатов СССР. Однако все понимали, что предложенный проект не пройдет у союзных депутатов. Единственным шансом для Горбачёва сохранить свое кресло было подписать договор до созыва Съезда. Б. Н. Ельцин и Н. Назарбаев, с которыми Горбачёв секретно встретился в последних числах июля, согласились на такой вариант в обмен на дополнительные уступки. Уступки включали как уменьшение прав союзного руководства по договору, так и кадровые перестановки. При этом даже такой договор согласились подписать лишь 8 из 15 республик.  2 августа Горбачёв объявил о грядущем 20 августа подписании документа народу (так и не раскрыв содержание договора) и уехал отдыхать в Крым. Таким образом, Верховный Совет СССР и Съезд народных депутатов СССР отстранялись от участия в выработке договора и ставились перед фактом. При этом сам новый договор содержал ряд положений, которые Верховный Совет еще в июле признал неприемлемыми. Председатель Верховного Совета Лукьянов и председатель правительства Павлов связывались с Горбачёвым письменно и по телефону, но ничего не добились. Предотвратить подписание договора законным путем они не могли; не предотвратить же означало попустительствовать нарушению закона.

«Путч». Вопрос о введении чрезвычайного положения неоднократно обсуждался во власти. Но Горбачёв никак не мог решиться. Теперь же он был на отдыхе. Ближайшие соратники решили на время отодвинуть его и провести непопулярные меры.

19 августа, пока Горбачёв еще находился на даче в Форосе (Крым), появилось сообщение о том, что по состоянию здоровья Горбачёва к исполнению президентских обязанностей приступает вице-президент СССР Геннадий Иванович Янаев. Бывший комсомольский и профсоюзный деятель, этот невзрачного вида человек попал в ЦК и в Политбюро уже при Горбачёве и благодаря Горбачёву, который в декабре 1990 г. провел его и на место вице-президента. Сам Горбачёв был блокирован в Форосе. Тогда же, 19 августа, появилось «Заявление советского руководства», которое устанавливало «безусловное верховенство» Конституции и законов СССР на всей территории Союза. Для обеспечения этого правила создавался Государственный комитет по чрезвычайному положению (ГКЧП) и в ряде местностей вводилось чрезвычайное положение. Помимо Янаева, в ГКЧП вошли все важнейшие фигуры союзного правительства – премьер-министр Павлов, министр обороны Д. Т. Язов, министр внутренних дел Пуго, председатель КГБ В. А. Крючков. Дальнейшие постановления ГКЧП предусматривали расформирование органов власти, противоречащих конституции СССР; отмену решений, противоречащих Конституции СССР; приостановку деятельности партий и движений, «препятствующих нормализации обстановки»; запрет митингов и демонстраций, ввод войск.

Руководство РСФСР с первого же момента категорически не признало ГКЧП, обвинив его в узурпации власти и потребовав медицинского освидетельствования Горбачёва. Введение чрезвычайного положения было названо попыткой переворота, «путчем» – под этим именем события 19–21 августа и вошли в историю.

В течение 19–20 августа и ГКЧП, и сторонники Ельцина спешно созвонились с руководством республиканского и областного уровня. Реакция последних была сдержанной. В широких кругах народа ни одна из сторон тоже не вызвала горячей поддержки. Никто не занимался разъяснением происходящего: помимо кратких официальных сообщений, по радио и телевидению транслировали «Лебединое озеро». В этих условиях противостояние ГКЧП и Ельцина приобретало характер личной схватки. Победителем в ней оказался Б. Н. Ельцин. Вялым действиям собравшихся в ГКЧП союзных «силовиков» он противопоставил несколько десятков тысяч москвичей, собравшихся вокруг «Белого дома» (здания правительства РСФСР). Собравшиеся стали строить вокруг «Белого дома» баррикады и приготовились их оборонять. В ответ на это 20 августа чрезвычайное положение было распространено на Москву. В город вошли войска – танки и боевые машины пехоты. Ведомые противоречивыми и нечеткими указаниями, они так и не получили приказа на штурм «Белого дома» и встали на улицах. На другой день, 21 августа, начался вывод войск из Москвы. В ходе противостояния погибли три человека – из тех, кто пытался проникнуть внутрь бронетехники. Последней надеждой ГКЧП оставался Горбачёв, однако он отказался принять делегацию путчистов, прибывшую к нему 21 августа, и вернулся в Москву с представителями Ельцина. 22 августа последние из членов ГКЧП были арестованы. Все, кроме Пуго, который застрелился. Впоследствии они были частью амнистированы (еще до суда), частью оправданы по суду.