Название: Раскол русской православной церкви ХVII в. Старообрядчество (Н.А. Старухин)

Жанр: История

Просмотров: 1459


7.  сибирское старообрядчество в xvii–xx веках

 

Ключевые понятия:

 

Иерархия, колонизация, миграция, самосожжение, соборность, эволюция

 

В исследовательской литературе достаточно подробно разработан вопрос о сибирском старообрядчестве конца XVII–XVIII веков. Значительно меньше внимания уделялось исследованию старообрядчества XIX–XX веков, хотя в последние годы определенные успехи проделаны учеными и в этом направлении.

Известно, что в Сибирь противники нововведений проникали рано, практически сразу же после того как заканчивается первый период церковных реформ. Распространение старообрядчества в Сибири обычно датируют последней четвертью XVII века, традиционно связывая его со ссыльными староверами. Прежде всего с протопопом Аввакумом (Тобольск – 1653, Даурия – 1656 г.). Как писал Аввакум в своем «Житии»: «Везде по градам и селам … необинуясь, обличал никонианскую ересь, свидетельствуя … правую веру о Христе Исусе». Другим известным «расколоучителем», по терминологии того периода, был сосланный в Сибирь Иосиф Истомин, а также ряд других. Как отмечали синодальные историки, усилиями ссыльных «расколоучителей» уже к 1670-м г. значительная часть Сибири была в рядах «последователей старого обряда». Кроме того, значительная часть староверов переселялась в Сибирь в результате нелегальной миграции. Массовые потоки старообрядческого переселения, к примеру из Соликамска и Устюга, отмечались уже в 1670–1680-х гг. Начиная с 1683 г., правительство будет вынуждено пресекать массовые миграции и ставить заставы на пути миграций. К указанному периоду противостояние властей и противников церковных реформ принимает ожесточенный характер. В 1673 г. отмечен «раскольничий» бунт в Енисейске. В 1690 г. – крупное самосожжение староверов в Томске. Крупнейшие самосожжения состоятся к этому времени в районе Тюмени и Тобольска. Предшествовали им, как отмечалось выше, сожжения старообрядцев властями, действовавшими в рамках репрессивного законодательства.

Основной поток староверческих переселений приходился  в начальный период на северные области России, в частности Поморье, которое играло роль крупнейшего старообрядческого центра. Разгром Соловецкого монастыря, ряда основанных там староверами скитов приведет к тому, что к началу XVIII столетия население этого региона, по мнению известного ученого-краеведа А.П. Уманского, сократится на 30–40 \%. Значительная часть этого населения переселяется в Сибирь, включая район Томска и Кузнецка. В результате вольнонародной колонизации, в основе которой лежали идеи эсхатологии, крестьянского побега и пустынножительства, будет образована сеть старообрядческих поселений от Урала до Сибири. Южная часть Сибири, Алтай станут одним из основных пунктов староверческой колонизации. Со временем поселения, основанные на рубеже XVII–XVIII веков, в результате как внутренней, так и продолжающейся миграции из европейской части страны и зарубежья становятся крупными центрами сибирского старообрядчества, сохраняя  свою роль до разгрома 1920–30-х гг.

Староверие юга Сибири уже на рубеже XVIII–XIX веков составляло, по мнению синодальных исследователей, «огромную силу».

Фиксация старообрядческих поселений, ввиду их труднодоступности была сопряжена для властей с немалыми трудностями, старообрядцы расселялись по территории юга Сибири, как правило, бесконтрольно. Точное количество старообрядческого населения правительство выяснит только в первой четверти XIX столетия, при помощи созданной к этому времени церковно-административной машины. Но число старообрядцев, как считает Н.Н. Покровский, даже к концу

ХIХ века, будет заподозрено в его десятикратном уменьшении. По мнению авторитетных дореволюционных и современных исследователей, подавляющее большинство староверов Томской губернии, в состав которой входил тогдашний Алтайский горный округ, проживало в ее южных районах. В 1830–1840-е гг. более половины старообрядцев губернии было зафиксировано в Бийском округе (из них подавляющее большинство «приемлющих священство» – поповцы). В пределах четвертой части от общегубернского числа староверов находилось на территории Барнаульского округа.

Часть старообрядческих («кержацких») поселений возникает на Алтае в период тайной миграции на рубеже XVII–XVIII веков, прежде всего в бассейнах рек Чумыша, Чарыша, Алея, ряде предгорных и степных районах края. Значительно усилят сложившиеся в первой четверти XVIII века старообрядческие центры рудознатцы Выга – «олонецкие старики» и переведенные староверы с уральских заводов Демидова, включая заводских приказчиков. Новые влиятельные центры старообрядцев складываются в 60–70-е гг. XVIII века: населенные пункты «каменщиков» в верховьях Бухтармы и Катуни; «поляков» –

в верховьях Алея, с постепенным расселением их по рекам Убе, Ульбе, Глубокой, отдельным предгорным и горным районам Алтая (этот вопрос достаточно подробно рассмотрен как в дореволюционной, так и советской историографии). Местами наиболее массового (первоначального) выхода старообрядцев на Алтай традиционно считаются северные и центральные районы России, Поморье, бывшая Нижегородская губерния. Немалое число староверов находилось среди российских переселенцев в Сибирь в XIX и начале XX веков.

Особенно острое противостояние с властями  наблюдалось в первой половине XVIII века. Следствием огромного по масштабам и жестокости Тарского розыска явится самосожжение старообрядцев в Елунинской пустыни 24 марта 1723 г. Начатое летом 1739 г. расследование Тобольского архирейского управителя И. Карташева приведет к самосожжению 300 староверов  в ноябре того же года в деревне Шадрино на реке Лосихе. Весной 1742 года властями будет спровоцировано самосожжение 18 человек в деревне Лепехино ведомства Белоярской слободы. После того как Тобольской консисторией была сделана попытка взять некоторых старообрядцев для следствия в «надлежащие места», состоялись два самосожжения в деревнях Чарышской сотни: Усть-Чарышской и Тугозвоновой  в 1746 и 1747 гг.

В правительственных указах по делам раскола конца XVIII–

XIX веков четко прослеживается тенденция, направленная на его конечное «изживание». Противостояние будет наблюдаться вокруг записи в православные и единоверческие приходы, «совращения в раскол» наиболее влиятельными старообрядческими наставниками, распространения белокриницкого («австрийского») согласия, формирование общин которого хронологически совпадает с его распространением

в европейской части России.

С 27 июля 1884 г. в Томской епархии в соответствии с утвержденными правилами Комитета Министров от 8 мая 1864 г. утверждается устав и начинает действовать противораскольническое братство св. Димитрия Ростовского для ослабления «пропаганды раскола» и для «ослабления посягательств раскола на православную церковь». Несмотря на решение Уголовного Кассационного департамента Сената 1897 г. о разрешении общественных богослужений в частных домах, практически все существовавшие до этого на Алтае моленные останутся тайными. Это будет касаться и влиятельных старообрядческих общин.

В указанный период на Алтае наблюдается организационная и идеологическая консолидация части старообрядческих, прежде всего беглопоповских общин. В то же время продолжается процесс выделения новых толков и согласий. С одной стороны, это являлось следствием репрессивной политики правительства по отношению к староверию в целом и, в частности, по отношению к переходящему в старообрядчество из официальной церкви священству, с другой стороны – следствием внутренних, эволюционных изменений в самом староверии. Этот период дальнейшего творчества старообрядческой мысли, создания «родословий», энергичных диспутов, успешной, фактически нелегальной, организации «соборной» и приходской жизни. Именно в 70-80-х гг. XIX столетия будет создана Томско-Сибирская епархия в белокриницкой иерархии и скитская организация, связавшая в единое целое десятки ее общин.

Преследования старообрядцев прекращаются после известных указов 1905–1906 гг. Начинаются массовая регистрация общин, строительство церквей и моленных, открываются школы, создаются различные кружки и общества. Старообрядцы активно включаются в общественную жизнь. К 1912 г. в Томской губернии было зарегистрировано 77 старообрядческих общин разных согласий, из них около 65 относилось к Барнаульскому, Бийскому и Змеиногорскому округам. Здесь же необходимо учитывать, что немалая часть старообрядческих обществ не приняла официальной регистрации, так и оставшись в рядах так называемых «противообщинников». Актуальной, вплоть до конца 1920-х г., останется полемика между сторонниками и противниками Окружного послания, «традиционные» споры между представителями основных согласий. Особенностью полемических диспутов рубежа 1920-1930-х гг. станет антисектантская и антиатеистическая тематика.

Как известно, с начала XX века в старообрядчестве значительное внимание уделяется проблемам соборности и, в частности, общинно-приходской жизни, с ее принципиальной установкой на  сохранение «исторически сложившихся русских устоев жизни». Одной из форм управления и организации общинной (в белокриницком согласии – общинно-епархиальной) жизни, помимо соборов, становятся съезды. Несколько «соборов» и съездов на Алтае проведут поморцы, часовенные, неокружники. Отметим, что соборы и съезды до 1905 г. старообрядцами проводились нелегально. В белокриницком согласии, в отличие от «Освященных Соборов» – органов «церковно-иерархического» управления старообрядческой Церковью, епархиальные съезды стали органом «церковно-гражданского» единения старообрядцев. Они объединяли в себе не только епархиальную власть во главе с епископом, но и все приходы данной епархии, должны были стать связующим звеном с Соборами. В Томско-Алтайской епархии старообрядцев белокриницкой иерархии съезды проводились регулярно с 1906–1928 гг. (Барнаул, Новониколаевск). Помимо обсуждения внутренних проблем старообрядческих общин на съездах обсуждались и общественно-значимые вопросы. На съезды 1917–1919 гг. во многом был наложен отпечаток общественно-политической активности старообрядчества. Примечательны в этой связи попытки проведения совместных съездов представителей белокриницких, беглопоповских и поморских общин, часовенных; попытки их сближения на «культурно-просветительской почве».

Активное участие представители  сибирских белокриницких и поморских общин принимали в работе  своих столичных, в основном московских, соборов (в белокриницкой иерархии проходили регулярно с 1898 по 1928 гг. у поморцев – в 1909 и 1912 гг.).

На рубеже 1920–1930-х гг., ввиду массового раскулачивания и колхозного строительства, ужесточившегося правительственного курса по отношению к конфессиям в целом основные старообрядческие центры в Сибири были уничтожены. В этот же период наблюдаются попытки организации новых духовных центров (нередко успешные), перехода на нелегальное положение уцелевших общин и их представителей, координации отдельных идей и положений. Это позволило сохранить староверие как движение и заложить основы для его возрождения на современном этапе.